Поэт Вадим Жук написал эти строки в прошлые черные выходные. Здравствуйте! Это программа «Плавленый сырок» и я, Виктор Шендерович. Как сказано у Ежи Леца, хуже всего с правдой обстоит во времена, когда все может быть правдой. На главный вопрос минувшей недели: кто убил Анну Политковскую? — ответа нет и неясно, будет ли, но вот в ответ вопрос: кто мог ее убить? — можно начинать загибать пальцы…
В эшелонах российской власти и раньше обходились без Махатмы Ганди, а уж за последнюю пятилетку там скопилось до черта профессионалов из такой специальной корпорации, где убийство и за убийство не считается, не говоря уже о Кадырове! Визуальная разница между этими персонажами довольно большая, но по сути различия не столь существенны: просто Кадырову, чтобы не убивать, приходится постоянно сдерживать темперамент, а профессионалы щита и меча к мокрухе прибегают без азарта, из соображений чисто практических…
Так что, если называть вещи своими должностными именами, сегодня мы гадаем лишь по частному вопросу: кто именно из федеральных служащих нанял убийцу Анны Политковской? Менты, посаженные после ее публикаций? чеченский премьер, не посаженный, но давно имеющий для этого все основания? или, наоборот, кто-то из силовиков, оттесненных от нефти и власти, хотел подставить самого Кадырова? или заказчик вообще обитает где-нибудь на Старой площади в Москве и имел виду таким образом послать две весточки: одну нам — чтобы знали, кто в доме хозяин и окончательно онемели, а другую — Путину в день рождения: мол, мы тебя, дружок, на трон посадили, мы и скажем, когда на выход, а пока сиди и не дергайся… Ни в какую частную жизнь из Кремля ты не выйдешь, без власти тебе кранты, голова повязана, кровь на рукаве, причем кровь — чужая… Политковская, впрочем, ему о том же много раз писала, из «Новой газеты» — и после «Норд-Оста», и после Беслана… Теперь полковнику никто не пишет.
На похоронах Анны западная дипломатка, недавно приехавшая в Россию, все искала глазами Фрадкова — когда она ехала на кладбище, ее машину на Кутузовском проспекте обогнал премьерский эскорт… Дипломатка была уверена, что Фрадков ехал проститься с журналисткой. Но видать, очень большая была скорость, не успели повернуть с Рублевки… Дипломатка все удивлялась отсутствию премьера (ну, она в России совсем недавно…)
Да не было отмашки сверху прощаться с Политковской! Была бы отмашка — другой разговор! Они бы тогда все приперлись на Троекуровское, людей бы от гроба оттерли и речи бы говорили, пока слюна не закончилась. Была бы дополнительная отмашка, специально обученные люди нажали бы им на слезные железы, и они бы заплакали. Но аж до вторника наш президент промолчал, как рыба, и никто из высшего чиновного сословия, разумеется, на кладбище носа не показал… И слава богу: дали людям возможность проститься с Анной среди людей. Только журналисты все вопрошали: почему молчит президент? Ну и допросились. К вечеру вторника наш молчаливый гарант высказался наконец.
Путин: «Это убийство само по себе наносит России гораздо… и действующей власти и в России и в чеченской республике, которой она занималась в последнее время… наносит действующей власти гораздо больший урон и ущерб, чем ее публикации».
