- Все-все, тссс! Ты тоже это миллиард раз говорила, ничего нового! Со сменой прически мозга не прибавляется, что поделать.
- Ну у меня он хотя бы в голове, а не в штанах, - фыркнула я.
Почему мне сейчас обидны все те же слова, что были тысячу раз сказаны до этого? Когда я к ним уже привыкну? Когда я привыкну к тому, что мы "разные уровни", как говорил сам Мика?
Никогда.
Я такая дурочка. Крашеная.
Почему я никак не могу забыть лето, хотя должна?
- Ты чувствуешь это? - в лоб спросила я, отворачиваясь в сторону. - То, что мы не можем общаться как раньше? Как весной? Когда мы виделись только в обеденный перерыв и исходили ядом друг на друга только чтобы снять стесс? Мы не можем стать друзьями, и не можем вернуться назад.
- Мы сейчас даже в обеденный перерыв не видимся, - отозвался Блондин сухо.
- А оно нам надо? Мы сделали друг другу фундамент для будущего и выполнили все условия сделки... - неужели это я говорю? - ...мы уже ничем друг другу не обязаны?
- Боже, женщина, тебя не надо было отправлять к мадам Жюстин! - наигранно и с паническими нотками взвыл Каллахен. - Ты стала выражаться такими странными словами, я тебя боюсь.
- А ты стал носить гейские штаны, я тоже тебя боюсь и подозреваю недоброе, - отмахнулась я.
- Чем тебе мои штаны не нравятся? - возмутился он и надул щеки. Зрелище не для слабонервных - даже я хихикнула. - Между прочим, сейчас это модно! Кто из нас учится на дизайнера?
- Трусы у тебя тоже от Кельвин Кляйн?
- Показать? - встрепенулся Мика мгновенно.
- Вот уж избавь меня от этого сомнительного удовольствия! - отшатнулась я, закрывая глаза ладошками. - Мне домой пора. Тебе, подозреваю, тоже. Или ты по-прежнему посещаешь занятия как проснешься, не утруждая себя будильником? - я глянула на наглую блондинистую морду сквозь раздвинутые пальцы.
- Когда как, - невозмутимо дернул плечом Каллахен. - Когда я сплю один, я обычно тяжело встаю...
Намек был призрачным и весьма тонким. Учитывая то, что по утрам я почти всегда вижу "Астон Мартин" на парковке. Зараза.
- Тебя могила исправит, ей богу... - покачала я головой, назидательно потрясая зажатыми в руке ключами, которые я достала из сумки. - У тебя слишком много свободного времени, не находишь?
Мика смотрел на меня с таким умилительным лицом, как смотрят на полугодовалых младенцев, пускающих пузыри.
- Да ну тебя, - огрызнулась я, протягивая руку за ежедневником. - Я очень хочу домой. По-крайней мере, там меня ждет компания приятней.
- Колючка.
- Маменькин сынок.
- Зато я кофе варить умею, - ежедневник был призывно всего лишь в сантиметре от моего носа, и я отлично знала, что это всего лишь дурацкая игра "успей схватить". Ничего умнее Блондин в принципе и не придумал бы, даже если бы и очень постарался.
- Ты бы лучше дипломной работой хвастался, - усмехнулась я.
Мика хлопнул меня по лбу моим же ежедневником. Не больно, но приятного было мало - просто из-за такого уж слишком пренебрежительного отношения.
- Прекрати, - рыкнула я сухо, не очень дружелюбно глянув на этого длинногого переростка из-под челки. - Ты, питекантроп, когда ты оставишь меня в покое? Я твоя личная болонка?
Светлая бровь вопросительно приподнялась в ответ - и на макушку легла привычная ладонь.
- Что на этот раз? - уточнил Мика невозмутимо.
- Прости?
- Магнитные бури? Взрывы на солнце? Луна в Стрельце? - с таким же невозмутимым лицом поинтересовался он, деловито разглядывая ночное небо над головой. - Акклиматизация?
Я послала его в одно знаменитое место. Зычно и со вкусом, стряхнув ладонь с головы и с силой отпихнув самого Блондина в сторону.
- ПМС?
- Какой, к черту, ПМС?! Ты! Ты одним своим присутствием на этой планете превращаешь меня в такой кусок нервов и всепоглощающей ненависти, что страшно становится. Каждым своим движением и каждым своим словом, Каллахен.
Мика выглядел растеряным. Впервые он действительно обратил внимания на мои слова так, как мне бы хотелось. Быть может, он и правда еще не так потерян для общества? Не так потерян... для меня?
Сердитая на весь мир и на это блондинистое недоразумение в частности, я вырвала из его рук ежедневник и убрала его в сумку. Особо Мика не сопротивлялся, только прищурился немного под моим пристальным взглядом.
- Мне нравился тот Каллахен, с которым я общалась летом. И я ненавижу, когда ты ведешь себя как пафосная свинья. Бесишь меня. Безумно. Если не считаешь меня девчонкой, то все равно сбавь обороты, ладно? Неужели нельзя просто сказать "Привет!" утром на парковке, а не создавать аварийную ситуацию? Неужели нельзя рассказать смешную историю на перерыве, вместо того, чтобы тратить это время на насмешки? Неужели нельзя просто...
- ...поцеловать?
Мягкий, почти мурлыкающий баритон на ухо, и миндальным аромат от его кожи в самый нос, что захотелось зажмуриться и не дышать. И ведь ничего такого и не сделал, зараза, - только наклонился. Всего лишь наклонился, а у меня уже пульс зашкаливает.
Это мне очень не нравится.
