— Кто-то отрастил длинные ноги, — проворчала я, в очередной раз бросив кружку на столе, чтобы успеть к нагревающейся плойке в ванной. Камилла писала, что мой брат идиот (ничего нового) и не общается с ней уже неделю (ничего нового), Мелисса просто убивала время, дожидаясь результатов финального теста, будучи уже в университете, а мадам Жюстин сообщила, что пришли результаты моего конкурса и заявка прошла первичный отбор. На фоне всего это была лучезарная новость — но пока что это еще не успешный результат. Первичный отбор был по эскизам, а вот теперь придется из этих эскизов уже шить несколько образцов и даже наверняка подбирать модель. В любом случае, новость была отличная, мне не терпелось начать работу над практически собственным проектом, пусть даже сейчас и канун Рождества.
— Может все-таки такси? — с надеждой уточнила я из ванной, выпрямляя челку.
— Что, даешь по тормозам?
— Да ты мне всю душу вытрясешь, если я сяду за руль, а ты на пассажирское!
— Обещаю, что не буду комментировать. Хочешь, закрою глаза?
— Ты сам своим словам бы поверил?
— Нет.
— Вот именно.
Когда я вышла из ванной, капитан уже застегивал ортез поверх черных скинни, присев на подлокотник дивана. Я постаралась выглядеть максимально сурово и непоколебимо, но против щенячьих глаз как-то еще не успела выработать иммунитет.
— Джи~
— Он еще и улыбается!
— Какие планы на день? Пункты про “потусить в столовой”, “потусить на крыльце” и “сходить на собрание” можешь опустить, — мы уже заезжали на парковку и я искала глазами свободное место поближе к зданию. Один раз за рулем этой машины мне как-то забылся, но сейчас я даже получила от поездки удовольствие и на хайвэе лихо давила на газ, да и все равно ощущала, что это малая доля того, как может ехать эта серая красотка. По дороге я успела рассказать о конкурсе и о том, сколько новых дел теперь появится, но Блондин все равно призрачно намекнул, что на Рождество хочет рубашку черно-красного цвета, — даже если в ближайшие пару месяцев я буду занята только женскими моделями.
- “Постоять в коридоре”, - отозвался капитан, не отрывая взгляда от телефона.
— Отличный план.
— На самом деле я думаю сходить на тренировку и посмотреть, что там делают ребята. Вдруг им там тоскливо без капитана?
— Уверена, они скучают по тебе со вчерашнего утра, как только уехали с вашей вечеринки автолюбителей, — хмыкнула я, лавируя по полупустой парковке. — Ну что, где там твоя красная дорожка и оркестр? Блудный сын вернулся и все такое… О, это Кайл? Какая у него смешная шапка!
Тот как раз вылезал из своего джипа и даже помахал нам рукой, показывая свободное парковочное место рядом с собой, и шапка у него и правда была забавная — с ушами и помпоном, и даже шарф в цвет.
— Ну что, — хмыкнул Мика, — тряхнем этот университет еще раз? А то они как-то расслабились от монотонности, не находишь?
Блондин глянул через лобовое стекло на знаменитое университетское крыльцо, на котором уже потихонечку скапливались студенты на перекур — было как раз время одного из перерывов и взъерошил волосы на макушке. Я вытащила ключ из замка зажигания, покрутила его в руке и вздохнула, дергая рычаг багажника, чтобы достать капитанские костыли:
— Это будет самый тяжелый понедельник в мире.
— Ну и ладно. У нас вечно все через одно место, пора привыкнуть, — заулыбался Мика. — А ну-ка целуй своего одноногого капитана и идем.
…
— Эй, мелкая!
Я возмущенно обернулась у самых ступенек крыльца, полная возмущения и негодования. Что за..? Он бессмертный?
Каллахен улыбался одними уголками губ, а взгляд был хитрый-хитрый:
— Я люблю тебя.
Бессмертный. Точно бессмертный.
— Аарон.
— Вот почему я говорю это тебе, а не Мике. Рассказывать это ему или нет — решай сама.
— То есть вы знали? — я отложила нож на стол.
— Это что, воздушные шары? Боже, меня уже пробило на мужскую скупую слезу. Твой фан-клуб впечатляет, Джастин Бибер! …там что, пакет с открытками? А там будет бутылка пролитых девичьих слез?
— Прекрати завидовать.
— Это важно. Бутылка. Уточни у президента фан-клуба ее наличие.
— Джейсон.
— Стоп. Твои скинни порвутся, если начнешь тут махать ногами как Брюс Ли. Отложим эту беседу на неопределенный срок, твоя взяла. А кто сказал: “давай сходим в столовую, это будет весело”? Мне — весело.
Мы с Кайлом уже собрались играть в телохранителей, пока капитан наслаждался общественным вниманием. Как он почти всех помнил по именам, в голове не укладывалось, но при этом прибавляло Мике сто очков как старосте и еще сотню — как компанейскому “центру мироздания”, которому и правда хотелось подарить миллион открыток с пожеланиями скорейшего выздоровления, купить не меньше пяти порций картошки фри и катать в инвалидном кресле. И это мы еще даже до столовой не дошли.
Один раз я хотела коварно сбежать, с невозмутимым лицом свернув на лестницу, но цепкая капитанская клешня успела схватить меня за капюшон парки — видимо, я была предсказуема как бревно.
