— Там хоть парни нормальные есть? — ворчливо спросила я, когда мы отправились наверх, чтобы переодеться.
— Смотря что ты имеешь в виду под понятием “нормальный”, - ответил Мика, шагая по лестнице через ступеньку и таким образом обгоняя меня еще на пролете между этажами. Обернувшись, он скорчил забавную рожицу, и вновь устремился наверх со скоростью реактивного самолета.
Он всегда слишком активен. Я никогда не могла понять, как в таком теле может находиться настоящая скоростная машина. Если сравнивать Каллахена с машиной, он напоминает гоночный болид: ярко-красный, с изображением чертовой дюжины на капоте. Как он там все успевает? Я миллиард раз этому удивляюсь, и все никак не могу привыкнуть. Он может за один час, по пути к дому, забежать в пару магазинчиков, пересечься с друзьями и успеть подцепить симпатичную блондинку. Он любит этот типаж девушек настолько, насколько я люблю красный цвет волос.
Кстати, я до сих пор понятия не имею, где он живет. В квартире или в коттедже, что сдают по дешевке всем студентам, имеющим кредитные карты с четырьмя-пятью нулями. Просто… занятно. Чем больше я общаюсь сейчас с Микой, тем больше узнаю о нем нового, и тем больше у меня появляется вопросов о том, чем он занимается на самом деле. Если не действует мне на нервы в стенах университета, конечно. И мне не нравится сам факт того, что я начала об этом задумываться.
— Опять эти кеды?
Отражение Блондина в зеркале подпирало косяк двери, как и вчера. Если он и в следующий раз будет стоять у меня над душой, пока я крашу глаза, придется запирать ванную.
— Чем тебе не нравятся мои кеды? — возмутилась я, обернувшись к нему. — Если не нравится оранжевый, это твои проблемы. И не мешай сейчас, отвлекаешь. Если я воткну карандаш в глаз, никакой площадки тебе сегодня не светит — будешь врачам скорой доказывать, что не при чем.
— Ой, моя малышка показывает зубки? — рассмеялся Мика, пригрозив мне пальцем. Я фыркнула и отвернулась к зеркалу, мотивируя это тем, что Каллахена проще и безопаснее игнорировать, чем отвечать на нападки. — Да ладно, не разыгрывай святую невинность, тебе не идет. Джейсо-о-о-он…
— Сгинь в Ад, придурок, — огрызнулась я, убирая карандаш в косметичку.
— В Ад? Без тебя? Ну, уж нет, там будет безумно скучно…
— Я тебе не клоун, Громила.
— А я об этом и не говорил, дурочка… крашеная.
— Каллахен! — рявкнула я во весь голос, обернувшись к нему. — Хватит, черт возьми! Я тебе не малышка, не детка, и уж тем более не называй меня крашеной дурой! Или, клянусь, я засуну тебе в задницу расческу! — я начала злиться, чудом сдержав порыв швырнуть в него всю косметичку.
— Да не будь ты таким психом, — растерялся Мика, недоуменно глядя на меня своими зелеными глазами. — Я не хотел тебя обидеть, ты же знаешь.
— Знаю? Да ты только и делаешь, что швыряешься подобными словами! — бросила я холодно, отворачиваясь к зеркалу. Через пару секунд Мика уже сидел на столике по левую руку от меня, болтал в воздухе ногами и смотрел на меня одним хитрым глазом.
— Мне кажется, ты воспринимаешь меня слишком остро.
— А кто в этом виноват? — съязвила я, сощурившись.
— А кто в этом виноват? — уже меня переспросил Блондин, разглядывая стену напротив. — Я не виноват в том, что у тебя начисто отсутствует чувство юмора…
— У меня все в порядке с чувством юмора. Это у тебя проблемы…
— Да-да-да. Эгоизм, самоуверенность и завышенная самооценка. Ты мне уже говорила, — закивал он, перебивая меня еще в начале монолога. Я в ответ лишь раздраженно фыркнула, застегивая молнию косметички и совсем не глядя на Каллахена. Не люблю слишком часто смотреть на него, особенно, если Мика достаточно близко. Мне почему-то становилось не по себе, и это слегка нервировало.
— Ладно, поехали, пока я не передумала, — я демонстративно изобразила широкий зевок, прикрывая рот ладошкой. А потом направилась вниз, не собираясь услужливо ждать, пока Его Величество возглавит шествие к гаражу. Мика нагнал и перегнал меня уже на улице, чуть не сшиб на дорожке и унесся к гаражу, гогоча как привидение дома Баскервилей. Иногда в него просто дьявол вселяется, ей богу, и он становится таким непривычным, что диву даешься. Либо у Каллахена раздвоение личности, либо я чего-то не понимаю в мужчинах. Мне импонирует первая версия. Я еще удивляюсь, как он меня дождался в машине, а не умчался, изображая из себя Бэтмена на его бронированном супермобиле.
