— Зато грудь четвертого размера это компенсирует, — хихикнула я уж совсем неподобающе. Гнусно так. Блондин хмыкнул в ответ, даже комментировать не стал. А что тут говорить, если и правда так. — Вы такие простые в этом плане, — сообщила я назидательно. — Все до одного. Ты тоже продаешься за минет?
— …за качественный минет — конечно, — мурлыкнул Мика лениво.
— Ты мне лучше расскажи, что мы еще вчера с Аароном натворили, — я беззаботно помахала в воздухе рукой. — Гриль утопили, песни непристойные в караоке пели…
— Песни вы с Джес пели, — кивнул Мика. — Как вы выпевали гимн страны, это вообще снимать на видео стоило. С таким старанием и энтузиазмом!
— Красиво хоть было? — уточнила я с любопытством.
— Учитывая, что у Джес нет слуха и голоса? — хмыкнул тот в ответ. — Впрочем, у тебя тоже голоса нет… — добавил Каллахен несколько задумчиво, потирая подбородок. Я укоризненно посмотрела на него сверху вниз, сдвинув брови. Мика лучезарно улыбнулся, заложил руки за голову и вальяжно вытянулся на белоснежной простыне. Ясное дело, полностью игнорируя мои сдвинутые брови. — У меня тоже нет голоса, но есть слух. Это важнее.
— Теперь я тебе каждое утро гимн на ухо петь буду, — мстительно пообещало мое непризнанное величество, улыбаясь как можно более едко. — В полный голос. Чтобы проникся.
— Я еще вчера проникся! — поспешно уверил меня Блондин, но я коварно покачала головой.
— Нет-нет, Ми-ми. Одного раза явно недостаточно для нашего курса психотерапии. Смирись.
— Я уже давно смирился с твоей шизофренией, — проворчал он, обреченно вздохнув. Я заулыбалась. А что? В нашем с Каллахеном мире вполне достигнуто равновесие, и я этим горжусь. Идиллия, одним словом.
— Так мы распевали непристойные песни в стиле “Южного парка”? — поинтересовалась я. Сидеть, скрестив ноги, мне надоело — и я растянулась на кровати. Нахально использовав вместо подушки живот Каллахена-младшего. Он у меня на заднице сидел вчера? Теперь моя очередь вторгаться в личное пространство, если оно у него есть, конечно.
Мика принял сей факт с безропотностью ягненка, и невозмутимо продолжил рассказывать о том, как я пела под караоке трек “I”m too sexy” и рассказывала о том, что когда-то слушала Бритни Спирз. Мне приходилось с самым смущенным лицом выслушивать подробности караоке-забега, горестно вздыхать и разглядывать потолок. Блондин периодически ухмылялся, вспоминая особо пикантные подробности моих музыкальных предпочтений, отчего мышцы брюшного пресса у меня под затылком сокращались. И тогда у меня вылезало из недр моей извращенной темной души смутное желание потрогать живот этого маменькиного сынка ладошкой. Я его успешно блокировала и отправляла назад, смутно радуясь тому, что мне приходят в голову только такие невинные желания. С такими легко бороться.
— …хотя утопление гриля было апофеозом вечера. Если Джес после караоке ушла в тайм-аут, вы с отцом принялись за виски и отправились жарить барбекю на переднюю палубу. Шатало вас обоих весьма солидно. Повезло, что яхту не сильно качало. Самое забавное, что мясо вы практически пожарили, но оно пропало вместе с грилем. Я подробностей не знаю, меня Джес позвала, сгибаясь пополам от хохота. Это же как так можно было? Утопили огромный металлический гриль…
— Больше не пью, — безапелляционно сообщила я скорее самой себе. — Только мохито и пиво по праздникам.
— Угу, верю, — закивал Мика.
— Серьезно! — я даже голову приподняла, посмотрела на Блондина.
— А как же шампанское сегодня вечером? Вкусное дорогое вино? — он приподнял одну бровь.
— Ох, черт. Сдаюсь, — ухмыльнулась я, вновь устраивая голову на кубиках пресса под футболкой. — От вина не откажусь. Мой образ леди на шпильках без бокала вина будет каким-то… незавершенным.
Закинув ногу на ногу, я покачивала стопой в такт музыке, доносившейся из колонок. А все не так уж и плохо, как казалось на первый взгляд. Ранее выпитая шипучая таблетка начинала действовать, и мне оставалось лишь довольно мурлыкать себе под нос старый трек Prodigy из фильма “Ангелы Чарли”, прикрыв глаза.
— Не морщи лоб, морщинки появятся, — палец Блондина назидательно ткнулся мне чуть выше переносицы. — Женщины с морщинками не очень популярны. У них до кучи целлюлит и плохое зрение.
— Ботокс спасет мир, — отозвалась я. Вытаскивать руки из-под одеяла мне не стало так лениво, что я даже возмутилась как-то вяло.
— Как у тебя со зрением? — уточнил Мика. Пальцы спустились ниже и проворно цапнули меня за нос.
— Если увижу тебя, переходящим дорогу, не промахнусь, — пробормотала я несколько гнусаво.
Поскольку пальцы так и сжимали мой несчастный нос, пришлось вытаскивать руку и щипать Блондина за запястье. Все равно руку пришлось отдирать, но попытка не пытка.
— Прекрати. А то могу подумать, что ты со мной флиртуешь, — елейным голосом сообщила я, хитро улыбаясь. Мика в ответ звучно щелкнул меня по кончику уха, наверняка еще и ухмыльнулся.
— Даже если и так, ты поддашься на такие детские трюки? — уточнил он, вновь убирая руку за голову.
— Ты меня все еще недооцениваешь, Каллахен.
