В этот момент на пункт управления прибыли начальник оперативной группы военной контрразведки со своим заместителем и военный следователь, а командир роты военной полиции и несколько бойцов охраны остались снаружи.
- Недобрый сегодня день, - поздоровался Чингис с командиром бригады.
- Обычный, - Ветер развёл руками. – Чем могу помочь?
- Обеспечьте нам, насколько это возможно, присутствие на месте происшествия. Будем разбираться в том, что произошло.
- Как скажете, - кивнул Ветер. – Только вам придётся добираться до Востриково на наших машинах, чтобы не возбудить противника и не вызвать с его стороны артиллерийский обстрел, - комбриг посмотрел на командира батальона: - Товарищ майор, распорядитесь.
- Есть, - Корсар тут же отошёл в сторону, выполняя просьбу командира бригады.
- Товарищ полковник, - перед комбригом появился молодой следователь военно-следственного отдела. – Капитан Юмашев, разрешите, задам вам несколько вопросов?
- Пройдёмте к столу, - кивнул Ветер, предлагая зайти в закуток, где можно было бы провести беседу без посторонних.
Когда они расположились, следователь раскрыл папку, вынул чистый лист и быстро настрочив «шапку», посмотрел на командира бригады.
- Я обязан опросить вас, как полагается по закону.
- Опрашивайте, - кивнул комбриг.
- Что вам известно о факте гибели лейтенанта Дубровина?
- Пока – только из доклада командира батальона – мне известно, что лейтенант Дубровин погиб на опорном пункте второго взвода второй роты в результате удара вражеского дрона-камикадзе.
- Какую задачу выполнял лейтенант Дубровин в момент своей гибели?
- Согласно боевого распоряжения, взвод Дубровина занимал оборону в назначенном районе, нёс сторожевую службу.
- Что вам известно об эвакуации раненого из состава боевого дозора, выставленного на лесополосе «Десна»?
- Мне известно, что в боевом дозоре был раненый, но его эвакуация - это полномочия командира батальона, а не бригады. Подробности мне не известны.
- Вы давали распоряжение о его эвакуации? – следователь уточнил вопрос.
- Нет, - честно ответил командир бригады.
- Вам известно, что лейтенант Дубровин застрелился?
- Нет, - ответил Ветер. – Мне известно, что он погиб в результате боевого воздействия противника. Ещё вопросы есть?
- Никак нет, товарищ полковник, - ответил следователь. – Разрешите опросить ваших подчинённых?
- Опрашивайте, - Ветер встал. – Кто вам ещё нужен?
- Командир батальона.
- Я его сейчас приглашу, - кивнул Ветер и вышел.
В оперативном зале он указал пальцем на комбата и тот подошёл к нему.
- Где ротный? Почему мне говорят, что Дубровин застрелился?
- Товарищ полковник, сам пока не понимаю, - Корсар пожал плечами.
- Не ври мне, - комбриг посмотрел майору в глаза. – Что там произошло?
- Я не знаю, - ответил комбат. – Но, похоже, что он действительно застрелился.
- Зачем?
- Не могу знать.
- А я, кажется, знаю. И если мои предположения подтвердятся, тебе не поздоровится. А теперь иди к следователю и рассказывай, как всё было.
- Есть, - кивнул Корсар.
Сев за стол перед следователем, майор постарался придать своему лицу вид боевого командира, которого кто-то решил подёргать по совершенно никчемным вопросам, отвлекающим от важных дел. Капитан военно-следственного отдела такие лица видел каждый день, и потому никак на этот фарс не отреагировал.
- Скажите, товарищ майор, кто несёт ответственность за организацию эвакуации раненых с поля боя?
- В полосе батальона за всё отвечаю я, - сухо ответил Корсар.
- Скажите, каким образом у вас организована эвакуация раненых с лесополосы «Десна»?
- Обычно раненые эвакуируются оттуда пешим порядком или на носилках вдоль лесополосы «Амур» до её пересечения с лесополосой «Дон», далее до опорного пункта второго взвода и затем до окраины населённого пункта Востриково, где находится пункт сбора и дальнейшей эвакуации, откуда транспортом раненые доставляются в медицинский пункт батальона, расположенный в населённом пункте Стратьевка, то есть, здесь.
- Эвакуация выполняется в дневное или ночное время?
- Обычно в ночное.
- Чем это вызвано?
- Желанием выжить, товарищ следователь. У нас, видите ли, дроны-камикадзе летают, вражеская артиллерия работает, - Корсар явно уколол своего собеседника.
Капитан поднял свой взгляд, но не отреагировал на выходку боевого офицера.
- Скажите, а чем было вызвано решение организовать срочную эвакуацию раненого в дневное время? Насколько мне известно, у него не было медицинский показаний к срочной эвакуации, которые могли бы оправдать риск выезда за ним боевой машины пехоты в светлое время суток?
- Я приказа на эвакуацию не отдавал, - ответил майор.
- А кто в батальоне мог отдать такой приказ?
- Такой приказ мог быть отдан в роте, или даже во взводе. Видите ли, я привык к проявлениям разумной инициативы со стороны своих подчинённых, а война, это такое дело, которое никогда не будет полностью очевидным и понятным, всегда остаётся элемент неожиданности, просчитать который невозможно. Что, очевидно, и произошло сегодня в случае с эвакуацией.
- Какие у вас сложились отношения с командиром взвода лейтенантом Дубровиным?