Стелла смотрела на фото, едва узнавая себя. Она стояла перед входом в часовню. Стелла решила, что снимок обработали в «Фотошопе», потому что она выглядела нежной, красивой и счастливой, с легкой улыбкой сжимая букет роз.
Она стала читать. Ее имя. Ее история. Ее учетно-послужная карточка.
– Как они узнали? – вне себя от ужаса, спросила она. – Они знают о?..
– Об этом не упоминалось, – поняв ее беспокойство, ответил Эдуардо, метнув взгляд на Маттео, который просматривал текст на другом айпаде. – Другие издания растиражировали историю, но об этом ничего нет.
– Тут написано, что мы любим друг друга с незапамятных времен. – Из-за потрясения Стелла едва могла говорить. – Что мы полюбили друг друга во дворце. Что ты познакомился со мной благодаря моему отцу…
Принц и дочь генерала. Несчастные влюбленные, которым запретил встречаться наследник престола…
– Обновите информацию, – подсказал Маттео.
Стелла смотрела, как на экране появлялись новые фотографии. Снимки из кафе. Снимки, где они идут по взлетной полосе от «самолетика», сделанные пять минут назад. Они с Эдуардо выглядели растрепанными в забрызганных водой шортах и майках, ее волосы выбились из небрежно завязанного хвоста.
Пресса устроила шумиху по поводу того, что они целый час не выходили из самолета. Все считали, что новоиспеченная принцесса прихорашивается перед тем, как попасть под прицел камер папарацци… Но внешний вид ее нисколько не изменился, и пресса решила, что они провели время за «другими занятиями». Но Стелла-то знала, что ее румянец на щеках был вызван не оргазмом, а победой в настольной игре.
Раздел «Комментарии» прямо на глазах пополнялся одной пошлой шуткой за другой.
– Мне нужно увидеться с Антонио, – мрачно сказал Эдуардо и обратился к Маттео: – Опубликуй свадебные фотографии. В противовес этим.
– Свадебные фотографии? – еле слышно переспросила Стелла.
– Маттео сделал несколько в часовне, – рассеянно ответил Эдуардо, уже печатая электронные письма.
И опять дела… Не стоило забывать, что их брак был всего лишь сделкой. Это была не сказка. Это было не навечно. Их бегство в фантазию закончилось.
Пытаясь не отстать от Эдуардо, Стелла быстро шла по огромному позолоченному коридору к его частным апартаментам. Несмотря на то что в детстве ей доводилось бывать во дворце, сейчас он казался ей угрожающим, и она точно ни разу еще не заходила в крыло принцев. Антонио занимал один этаж, Эдуардо – другой, а на этаже между их покоями располагались комнаты для официальных приемов, где они и встречались.
– Здесь есть тренажерный зал, но я распоряжусь, чтобы в наши комнаты принесли беговую дорожку. – Эдуардо открыл дверь и взмахом руки отослал материализовавшихся откуда-то слуг.
– Я предпочитаю бегать на свежем воздухе.
– Здесь ты не можешь так бегать, – отрезал Эдуардо, закрывая за собой и Стеллой дверь. – Это небезопасно, и я не хочу, чтобы папарацци сфотографировали, как ты «утюжишь мостовые».
– Принцессы этим не занимаются? – криво усмехнулась она. – Похоже, мне еще многому предстоит научиться.
– Ты прекрасно справишься. – Он перехватил ее резкий взгляд. – Ты способная ученица.
– Лучше скажи мне, что еще я могу и не могу делать.
– Просто оставайся самой собой, осторожной и благовоспитанной, и будешь в полном порядке.
Она нахмурилась, но Эдуардо уже отвернулся.
– Я должен увидеться с ним, – рассеянно сказал он. – Прими душ и переоденься. Я приду за тобой через полчаса.
Стелла прошла в его роскошные апартаменты. Они были красиво декорированы, но обезличены – здесь не было тех милых штуковин, что теснились на полках библиотеки на острове.
К шикарной спальне примыкала гардеробная. На вешалках, выстиранная и отглаженная, висела ее одежда. Там же были и другие наряды – умопомрачительно дорогие, купленные для особых случаев. Стелла отвернулась от них. Она не собиралась притворяться при встрече с князем.
Спустя сорок пять минут за ней пришли – но не Эдуардо, а облаченный в ливрею слуга.
Стоило Стелле войти, как она тут же поняла, что дело не заладилось. Братья стояли в противоположных сторонах комнаты. У Эдуардо был тот же неистовый, безжалостный вид, как в тот день, когда он объявил, что они женятся. Лицо Антонио не выражало вообще ничего. Они были очень похожи – тот же цвет волос, то же телосложение, – но если в глазах Эдуардо полыхал огонь, глаза Антонио напоминали ледышки.
– Вы – дочь Карлоса? – обратился к ней Антонио.
– Да.
Он смотрел не на нее, а куда-то мимо.
– Я могу вас поздравить?
Стелла не понимала, сарказм это или нет. Он был бесстрастным. Бесчувственным. Таким непохожим на своего брата.
– Вся Европа пожелает сделать то же самое, – добавил Антонио. – Так что бал, намеченный на субботу, должен стать празднованием брака…
– Антонио, нет, – перебил его Эдуардо, подходя к Стелле. – Ты ведь еще не планируешь…
– Это планировалось несколько месяцев, как тебе известно, – бесцеремонно бросил Антонио. – Гости съезжались целую неделю, пока ты «болел».
– Но она не готова…
