- Смотри, я покажу тебе, как это делается, - сказал он и, больно заломив несчастному руку, принудил его опуститься на колени. Затем приставил дуло пистолета к его затылку. Шелдон скулил, как пес. Я взял у Кромвеля пистолет и приставил его к шелдоновской черепушке.
- Стреляй! - скомандовал Кромвель. Я машинально нажал на курок, и Шелдон, подскочив игрушечным попрыгунчиком, ничком упал на землю. - Отлично сработано! - сказал Кромвель. - А теперь поспешим! Завтра к утру мы должны быть в Вашингтоне.
В поезде Кромвель преобразился до неузнаваемости. Он превратился в точную копию моего старого друга и двойника Джорджа Маршалла. Даже говорил он в точности так же, как Маршалл, хотя в данный момент речь была довольно бессвязной. Все это живо напомнило мне былые времена, когда мы, паясничая, строили из себя клоунов перед другими членами нашего славного «Общества Ксеркса». Подмигнув мне, он на миг продемонстрировал блестящую пуговицу на внутренней стороне лацкана пиджака - ту самую, которую мы считали честью носить и на которой золотыми буквами было выгравировано: Fratres semper (Братья навсегда лат.) Затем он пожал мне руку нашим старым условным рукопожатием, щекоча мою ладонь, как было принято в нашем кругу, указательным пальцем.
- Ну, убедился? - спросил он, подмигивая мне перекошенными щекой и глазом. Странно, но его глаза, когда он подмигивал, расширялись до внушительных размеров - это были громадные выпученные глазищи, плававшие на круглом лице парой жирных устриц. Однако метаморфоза была мимо-летной. В следующий миг - возвращения к прежнему воплощению, то бишь к Кромвелю, - глаза выглядели совершенно нормально.
- Кто ты? - спросил я. - Ты Кромвель или Маршалл?
Он по-шелдоновски приложил палец к губами и прошипел: «Ш-ш-ш-ш!»
Затем голосом чревовещателя, вырывавшимся из дырки в углу рта, он быстро, почти беззвучно и все учащающейся скороговоркой - от стараний понять его у меня мгновенно голова пошла кругом! - сообщил, что предупреждение получено им лишь в последнюю минуту, что в штабе гордятся мной и что мне дано ответственное задание - да, да, очень ответственное - тотчас отправиться в Токио. Там мне надлежало, выдавая себя за одного из ближайших помощников самого микадо, пойти по следам похищенных гравюр.
- Знаешь, - и он заговорил еще тише, снова уставив на меня свои ужасные плавающие устрицы, вновь отгибая лацкан пиджака, сжимая мне руку и щекоча ладонь своим указательным пальцем, - ты знаешь, это та самая, которую мы используем на тысячедолларовом банкноте. - И он тут же перешел на иностранный язык - на японский, который, к моему изумлению, я понимал не хуже английского. Далее на языке палочек для еды он объяснил мне, что все дело это было затеяно комиссионером, занимавшимся произведениями искусства и нанятым рэкетирами. Этот малый был большим специалистом по порнографическим гравюрам. Я встречу его в Иокогаме, выдавая себя за врача. А на нем будет адмиральская форма с одной из этих очень смешных шляп-треуголок. Тут он ужасно больно толкнул меня локтем и хихикнул совсем как япошка.
