- Решил уже, куда пойдем? Прямо к Хорунам, в их город - или на север сперва, к этим Маахисам?
Льяти вздохнул.
- Нет.
- А что так? Ты же рассказывал, что они их враги и вообще бойцы очень серьёзные...
- Рассказывал. Не всё, правда. Я ведь у них даже жил пару месяцев.
- И что?
- А то, что сначала-то словно в рай живьём попал, а вот потом... это не говори, туда не садись...
- ...фигни не неси, - ядовито закончил Димка.
- Фигню нести там можно - но только в местах положенных, где компетентные специалисты будут её записывать и разносить по статьям Уголовного Кодекса, - фыркнул Льяти. - В общем, Маахисы настолько любят порядок, что от любви этой зайцы пишут письма Богу...
- Ну и что? Рабов не держат же, - Димка вновь потыкал палочкой в неразгоревшийся костерок. - Ну да - законы, наверное, дурацкие у них. Но лучше уж так, чем...
Льяти присел рядом с ним на корточки.
- Законы пишутся людьми, для выгоды этих самых людей, только и всего.
- И что? У Хорунов вообще рабы.
- Им, по крайней мере, не запрещают говорить, как они любят хозяев.
- Свобода слова, - буркнул Димка. Ему совсем перестал нравиться этот явно бесцельный разговор - но и прогнать Льяти было как-то неловко. В конце концов, без него они не знали даже толком, куда именно в этом лесу идти.
Льяти хмыкнул.
- Только у слова там свобода и есть. Ну, у тех, кому язык пока что не отрезали.
- А что - отрезают?
- Не, - Льяти вздохнул. - Зачем? Рабы там и в самом деле хозяев своих любят. Не по своей воле, но всё же...
- Ну вот, - Димка сломал палочку и бросил обломки в несостоявшийся костерок. - А ты мне про Маахисов...
- Они, знаешь, не совсем люди. Или даже совсем не.
- Когда на Земле плохо с разумом, его ищут во Вселенной... - буркнул Димка. - Ну, чего ты ко мне прицепился? Ну - обидели они тебя, в морду дали или что ещё там - так это не повод ещё в позу вставать. Мы тут ребят из рабства спасаем - а ты прямо как девчонка: "ах, а что они смотрят на меня так, а вдруг обидят?" Тьфу!
Льяти упруго поднялся, глядя на него уже нехорошо.
- Злой ты стал. У меня, может, тоже на душе погано - а ты...
Димка тоже поднялся, в упор глядя на Льяти.
- Ты мужчина, а не... - он замялся, подбирая слово, - артист какой-то. А комедию ломаешь.
- Я тебе сейчас что-нибудь сломаю, - хмуро предупредил Льяти.
Димка привычно подался вперед.
- Мощи святого Сульпиция есть? А если найду?
Льяти отчаянно сморщил физию, очевидно, пытаясь понять смысл этой фразы, потом вдруг рассмеялся, хлопнул мальчишку по плечу и побрел назад, к лагерю.
Димка какое-то время смотрел ему вслед, потом повернулся к лесу - и вздрогнул. Там, в зарослях, белело лицо. Именно белело - оно было совсем светлое, словно молоко. Успей зайти солнце - он бы вообще принял его за привидение и испугался до икоты. Теперь же он смог разглядеть такое же светлое плечо и часть груди - это был просто мальчишка, всего на год или два старше его, стоявший в зарослях. Его волосы удивили Димку. Длинные густые чёрные лохмы, тяжелые от вплетенных в них ниток радужных бус. Он рассматривал его пристально и... безразлично. Словно смотрел на жука или на попавшийся под ногу камень - и от этого безразличного взгляда становилось не по себе...
Димка рывком обернулся к уходящему Льяти - тот бодро шагал прочь - потом повернулся назад, к лесу. Там никого уже не было и мальчишка не смог понять, показалось ему это или нет. Лишь кровавое солнце, да склонившиеся под тяжестью мокрой листвы ветки деревьев были единственными свидетелями этого странного события.
- продекламировал Игорь и сидевшие у костра мальчишки зааплодировали. Девчонки и в самом деле танцевали вокруг другого костра, побольше, и смотреть на них было... приятно. Уже стемнело, но костры всё же удалось разжечь - и с ними мир сразу стал уютнее. Мрачный лес и болота утонули в темноте, никаких орд гиен и шакалов из них после наступление ночи к облегчению Димки не вышло - в общем, жить было можно, хотя, как сказал Льяти, никто не жил в этих местах - что ничуть не удивляло мальчишку. Но вечерняя встреча не шла у него из головы. Галлюцинациями Димка никогда не страдал и был твердо уверен, что ему не показалось. Рассказывать о ней ему правда не очень-то хотелось - в основном потому, что рассказать он мог только Льяти, а с ним он расстался не очень хорошо... о чем теперь отчаянно жалел. В других обстоятельствах он и близко не подошел бы к нему - но это дело касалось вовсе не его одного, так что сейчас мальчишка засунул свои чувства подальше и таки рассказал о странном наблюдателе. К счастью, Льяти не стал над ним смеяться - но и прояснить ничего не смог.
- Это точно был не шпион Хорунов, - наконец сказал он к громадному облегчению Димки. - Они все, как ты знаешь, смуглые и черноглазые.
- Может, это их раб был, - предположил Юрка.
