В самом деле, пока он спал, возмущенная толпа сожгла домик "Аллы Сергеевны", предварительно дочиста разграбив его. Домик был плетеный, стоял он на верхней платформе, пол его был засыпан песком - и всё это уберегло Столицу от пожара. Правда, сгорела и стоявшая рядом наблюдательная вышка, и шест с флагом, и это возмутило Димку - новый достать было негде. Разорила толпа и знаменитый музей "Аллы Сергеевны", ставший "символом режима". Правда, с куда более практичной целью - его помещение заняли под жилье бывшие рабы, решившие остаться в Столице. Но многочисленные экспонаты, изделия местного "народного творчества" и диковины местного животного и растительного мира, которые масса экспедиций собирала едва ли не сорок лет, тоже выбросили во двор и сожгли. А я там так и не был, мрачно подумал Димка. И и не буду уже никогда...
- Никто не знает же, что дальше будет, - спокойно возразил Асэт. - Может, скоро весь наш мир исчезнет и мы вместе с ним. Может быть, случится чудо и мы все вернемся по домам, целые и невредимые. А может, всё как раньше останется. И на этот случай надо думать, что дальше, Димка. Если ты не будешь всё время думать о будущем - его у тебя и не будет.
На сей раз, никто не возразил ему и Димка закрыл заседание.
Димка с Игорем шли по узкой, утоптанной тропе, извивавшейся среди могучих травяных зарослей. Трава была пышной и темно-зеленой, зеленоватое небо - бездонно-чистое и в нем сияло громадное золотистое солнце. Влажный, удивительно свежий воздух был холодным, как это бывает иногда в такие ясные дни. Он, правда, пропах здешней горьковатой зеленью, но к этому Димка уже успел несколько привыкнуть...
Тропинка вывернула от старого, заросшего лесоповала в широкую расщелину, стиснутую потемневшими от времени скалами, обросшими мхом. Миновав её, они вышли на новую тропинку и остановились на минуту, лениво осматриваясь. Прямо перед ними была прозрачная роща - она занимала просторную, пологую ложбину, плавно понижавшуюся к небольшому круглому озерцу. Справа был луг, окаймленный темным лесом. На нем виднелись группки танцующих ребят с девчонками и доносились чуть приглушенные дистанцией задорные песни - там до сих пор отмечали их победу. Слева виднелась Столица и они повернули в ту сторону.
Димка до сих пор чувствовал себя как-то странно: всё вокруг было вроде бы такое же, как и в его родном мире, но глаз то и дело натыкался на детали, внешне совершенно неприметные, однако поражавшие ум своей естественной здесь чужеродностью. Скажем, в его мире под камнями росла бы крапива. А здесь какое-то другое растение, с цветами, похожими на маленькие кругляшки оранжевой плоти. Димка даже не знал, как оно тут называется...
Вдруг все ботанические раздумья вылетели у него из головы: впереди, у распахнутых настежь ворот Столицы, стояла Ирка, почему-то одетая лишь в легкие черные шаровары, уже довольно заношенные, стянутые резинками на талии и нижней трети икр - она раздобыла их в домике Метиса, где нашлось множество пропавших у жителей Столицы вещей. Она стояла в потоке солнечного света и буквально сияла на фоне пыльной серости частокола.
Димка бессознательно отметил её изящные руки и плечи, тугие выпуклости груди и поджарый живот с глубоким темным пупком. Несмотря на всё это, он как-то смог сохранить невозмутимый вид, и, проходя мимо, даже вежливо поклонился, прижав ладони скрещенных рук к груди. Приветствие было местное и мальчишка лишь потом понял это...
Они пошли дальше, как ни в чем ни бывало, но мысли Димки всё крутились вокруг этой, вообще-то совершенно случайной встречи. Проходя мимо ворот, он заглянул во двор - в надежде увидеть там Машку в таком же наряде - но заметил лишь Вайми в его обычной юбочке из листьев...
Он вспомнил, что Ирка стояла босиком на рассыпанном у ворот остром гравии - и это ей явно нравилось, нравилось это прекрасное утро и весь окружающий мир. Встреча с ней взбудоражила его душу - хотя он и сам не мог сказать, чего именно хочет. Игорь тоже стал каким-то хмурым и задумчивым - он смотрел себе под ноги, его губы беззвучно шевелились. Наконец, он поднял голову, посмотрел на Димку и улыбнулся.
- Я думаю, нас ждет хороший день.
Но день оказался не таким уж и хорошим. Вдруг Димка заметил бегущего к нему со всех ног мальчишку и сердце у него упало. Он понял, что злая судьба поднесла им ещё один - и наверное самый неприятный сюрприз...
Гонец оказался одним из разведчиков-Квинсов, невысоким и худеньким, как все они. По настоянию Димки, все они привели себя в относительно приличный вид - то есть, нарядились в повязки из местной домотканой холстины вокруг бедер - но бритые головы всё равно придавали им вид довольно странный и отчасти даже смешной. Ехидный Юрка даже прозвал их "черепашками".
Добежав до них, мальчишка замер, пытаясь перевести дух. Потом, на одном дыхании, выпалил:
- Там Горгульи... приплыли!
