Антон невольно отшатнулся в сторону, глядя туда, где только что был Льяти. Он него не осталось, конечно, совершенно ничего — ни одежды, ни крови, ни даже знаменитого лука. Лишь связка ключей, да быстро исчезнувший запах озона. Вот и всё. Он мотнул головой и обернулся.
Призрак всё ещё двигался к ним — медленно, плавно, но неостановимо. Именно призрак — теперь мальчишка отчетливо видел, что он проходит сквозь камни. Или, точнее, камни проходят сквозь него. Он не шел, конечно, а просто скользил по поверхности, словно по льду — небыстро, не быстрее идущего человека. Можно было подумать, что это всего лишь причудливый клочок тумана… только вот ветер дул здесь совсем в другую сторону. Да и очертания этого… существа были слишком уж четкими.
— Что… это? — выдохнул Андрей, быстро подбирая ключи. Глаза у него были в этот миг уже совершенно дикие.
— Неважно, что… — Сергей тоже обернулся на миг, глядя на призрак. До него оставалось всего метров двести — минуты две-три на такой скорости. — Бежим!..
Повторять дважды не пришлось: ребята побежали. Скала больно била в ноги, и на бегу Антон порадовался, что тут, хотя бы, нет камней. Звук их шагов раскатился по ущелью, словно пулеметная очередь, и он захотел оглянуться… но не смог. Шею словно заморозили. Он бежал… и бежал… и бежал, уже чувствуя, что начинает задыхаться… а потом мир вдруг как-то странно СДВИНУЛСЯ, словно неудачно совместили кадр.
— Что это… было? — выдохнул Антон, согнувшись и упершись руками в колени, чтобы перевести дух. Призрак — или что там это было — исчез, и сейчас ущелье казалось совершенно пустым.
— А черт его… — выдохнул Андрей, тоже согнувшись. — Ноги унесли — и ладно… Дальше надо двигать. А то ночевать здесь я что-то не хочу…
При одной мысли о ночевке в этом месте Антона передернуло. Всё же, инстинкт — великая штука. Спокойнее всего ему было в обычном среднерусском лесу. У берега моря — сосущее душу беспокойство, в степи — тянущая пустота, в горах — зло… Настоящее зло, не человеческое…
Тем не менее, никто не сдвинулся с места. Антон не знал, сколько они тут стояли, ожидая непонятно чего. В голове у него сейчас было совершенно пусто. Мысли метались так быстро, что ни одна не успевала сформироваться до конца. С Льяти они все успели подружиться, и глаза невольно уже косили в сторону: спросить что-нибудь у Льяти, просто посмотреть на него, убедиться, что он рядом… но там, конечно, никого не было. И, хотя умом он понимал, что на самом-то деле Льяти не умер — стоит сейчас где-нибудь на берегу моря, живой, целый и здоровый, только расстроенный и обалдевший, — в сердце как-то мерзко ёкало. Ойкумена очень велика: если им повезет найти Флейту и вернуться, Льяти они никогда больше не увидят. Ни в этом мире, ни вообще…
— Ну, и что делать будем? — спросил, наконец, Андрей, вдруг поёжившись: после душной сырости леса тут было неожиданно холодно. — Что тут такое случилось?
— Льяти… — начал Антон. Вопреки всему, он ещё верил, что можно что-то тут придумать — и Льяти вернется назад…
— Льяти больше нет, — неожиданно жестко сказал Сергей. — Здесь и сейчас, по крайней мере. Довел нас, и… — он помолчал. — В общем, одним нам отсюда не уйти. Надо искать этих немцев и как-то договариваться с ними. А что это — они точно должны знать. Ладно, пошли отсюда, наконец…
Выстроившись неровной цепочкой, они двинулись вверх по ущелью. Дно тут было ровное, идти оказалось неожиданно легко. Антон с удивлением понял, что просто отвык от нормальной твердой поверхности, от свежего ветра, даже оттого, что глаза могут вообще смотреть вдаль… Сейчас же он чувствовал себя так, словно очнулся от дурного сна. Пусть горы и непривычны русскому человеку — но это ещё не настоящие горы же, даже дышать тут ничего не мешает… или он просто привык к страшной духоте там, под пологом леса…
Но мертвые скелеты огромных зданий и чудовищные массивы утесов за ними всё равно давили на душу: мальчишка чувствовал себя тараканом, ползущим по днищу крепостного рва. А в самой душе всё было как-то совсем пусто и мертво. Что-то случилось тут такое… то ли смерть с родины Льяти нашла, наконец, пропавшего мальчишку, то ли, напротив, кто-то вышвырнул её вон… то ли тут вообще произошло нечто, недоступное человеческому разумению… но итог один: Льяти больше нет. И здесь вот никогда уже не будет…
И тут он заметил, что в устье ущелья, у зловещих туманных ворот, кто-то стоит. И вот это точно был человек.
На какой-то сумасшедший миг Антону показалось, что это всё же Льяти… но иллюзия тут же рассеялась. Этот мальчишка был отчетливо рыж и одет в черную кожу. Он стоял неподвижно, сложив руки на упертом в землю длинном луке. Длинные волосы стягивала ярко-алая повязка, над левым плечом торчали оперения стрел. Как-то сразу Антон понял, что это и есть Вальфрид.
