Денис вдруг остро ощутил, что ему не хватает Юлькиной свежести — привык за пять лет видеть рядом чистое юное личико без тонального крема, пухлые вишнёвые губы, не тронутые помадой. Конечно, секс с Юлькой давно приелся, она ничему не училась, не экспериментировала, на уме у неё всегда только ребёнок, всё вертится вокруг Дашки: какие слова выучила, что нарисовала, не горячий ли лоб… Скучища.
А Ленка — огонь! Страстная, раскрепощённая, жадная до новых впечатлений. Куда жене-простушке до этой роскошной львицы! Однако сейчас акции любовницы стремительно падали. Ведь ей никто не оставил наследства с пожизненным содержанием. Крошечный отдел в торговом комплексе — это, по сути, ерунда, какие там доходы!
Денис вдруг обнаружил, что у Лены, оказывается, не очень изящные коленки. А над локтем — некрасивое родимое пятно, выпуклое, шершавое… Хм-м… Раньше почему-то он его не замечал. Да и задница довольно дряблая, не сравнить с Юлькиной упругой попкой… Беременность и роды вообще никак не отразились на её чудесной фигурке.
Разочарованная тем, что не удалось сбарабанить с милого денег, любовница отправилась в душ. А Денис стал думать, не вылететь ли домой ближайшим рейсом. Надо действовать, нельзя упустить момент. Необходимо как можно быстрее вернуть Юльку и снова посадить её на короткий поводок.
Но, открыв сайт авиакомпании, Денис быстро отказался от этой идеи — чтобы купить два билета на ночной рейс, сначала нужно было продать почку.
— Да ну нафиг!
В конце концов бизнесмен решил, что три дня погоды не сделают. Вряд ли американцы так быстро выяснят, с кем Владимир Загорский развлекался до отъезда в Штаты. Денис об этом знает, потому что мамаша рассказала Юле. А родители Загорского, видимо, до последнего дня его жизни не знали, что сын успел оставить на родине потомство. Вероятно, даже сам Загорский не был точно уверен, есть ли у него дети.
— Успею, — пробормотал Денис. — Всё нормально.
Можно провести ещё три дня в шикарном дубайском отеле, а Ленка пусть отрабатывает потраченные на неё деньги. Прежде чем объявить об отставке, он устроит девке марафонский забег с максимальной выкладкой.
А Юля и Дашка тем временем ещё больше по нему соскучатся.
Увидев рекламную листовку аквапарка, Даша радостно закричала:
— Мама! Бассейн! Хочу ещё! Хочу!
Юля сновала между холодильником и шкафчиками, разгружая привезённые Егором пакеты, откуда и вылетела рекламка. Персик, как обычно, активно участвовал в процессе — бегал туда-сюда, задевал Юлины ноги пушистыми боками, залезал везде, где только можно.
Хозяин дома тем временем сидел на стуле и держал на колене Дашу с зайцем и листовкой. Егор чувствовал как возится под его ладонью маленькая егоза, как двигается от дыхания её живот, и внутри всё плавилось от нежности. Он уже три раза поцеловал малявку в макушку. Какой приют? Да он никуда их от себя не отпустит! Как же приятно, когда в доме суета и щебетание. Будет приезжать по вечерам с работы, привозить еду и подарки…
Но согласится ли Юля? Она не вещь, её нельзя просто так взять и оставить в доме. Что сейчас творится в душе у девчонки? Хоть она и улыбается, но вдруг тоскует по этому гаду — Денису? Может, по ночам плачет в подушку. Пять лет они прожили вместе, он её первый мужчина, отец Даши. Это всё нельзя перечеркнуть в один момент, пусть даже мерзавец и постарался поставить жирный чёрный крест на их прошлом и будущем.
Юля пережила предательство мужчины, который был для неё центром Вселенной. Сколько ей понадобится времени, чтобы оправиться от этой психологической травмы? Люди годами не могут прийти в себя после такого потрясения. К тому же, женщин вообще понять сложно. Некоторым из них как будто нравится, когда их используют, унижают, даже бьют. Они готовы годами терпеть и прощать хамское обращение. Хочется верить, что Юля не из их числа…
Егор отслеживал Юлины передвижения по кухне хищным взглядом тигра, затаившегося в кустах. Да, майор приказывал себе не смотреть на гостью, но ничего не мог поделать. Даже если ты можешь составить конкуренцию бронетранспортёру, в какой-то момент вдруг выясняется, что некоторые вещи гораздо сильнее тебя.
На Юле были джинсы в обтяжку и футболка, тоже облегающая. Когда девушка поворачивалась к Егору спиной, а ещё хуже — наклонялась, чтобы положить в выдвижной ящик рулон бумажных полотенец, у товарища майора перехватывало дыхание. А спереди, в лохматой дыре над коленом виднелось голое бедро — совсем небольшой участок, но будоражило так, что хотелось пулей вылететь из дома и отмахать на одном дыхании двадцать пять километров.
Почему он решил, что давно уже умер? Думал, что у него внутри обугленное пепелище, выжженная степь. Да, именно так и было раньше. Но сейчас всё изменилось, душа замирает в странном предчувствии. Он словно вышел в открытое море, вокруг плещутся прохладные голубые волны и летит над водной гладью свежий солёный ветер…