— Ну, это потом, — согласилась женщина. — Вам ещё надо прийти в себя. Первоочередная задача — устроить вас в приют, чтобы вы не оказались на улице. В общем, Юлия Владимировна, мы вас ждём. Собирайте все документы и приезжайте к нам.
Юля никак не ожидала, что к ней отнесутся с таким сочувствием. Она понимала, что для работников приюта является ещё одной просительницей из бесконечной вереницы обездоленных, поэтому боялась наткнуться на высокомерную жалость или даже презрение. Но эта сотрудница была такой милой! Закончив разговор, Юля некоторое время хлопала глазами и сражалась с подступившими слезами благодарности.
Она решила пока ничего не рассказывать Егору Михайловичу. Впереди четыре дня выходных, потом, как минимум, неделю они с Дашкой будут метаться по врачам, сдавать анализы…
Расскажет потом.
Отгремел День Победы. Егор принимал участие в праздничном военном параде на центральной площади города, маршировал с «калашниковым» наперевес в строю десантников. Ушёл из дома в форме, с медалями и в голубом берете, оставив девочек и Персика лежать в холле в бессознательном состоянии: все домашние дружно грохнулись в обморок, увидев такую красоту и мощь.
— Дядя Егор, дядя Егор! — запищала Дашка. — Господи Иисусе, ты солдат! Какая красивая шапочка!
«Господи Иисусе» она принесла на днях из садика и теперь вставляла везде где только можно.
— Это не шапочка, а берет, — поправила Юля. Она в полном восхищении оглядывала статную фигуру десантника. В камуфляже он выглядел ещё внушительнее, чем в костюме. — Егор Михайлович, какой же вы классный! Это невероятно!
— Так лучше, чем в костюме? — улыбнулся Егор.
— Нет, костюм вам тоже очень идёт, — краснея, призналась Юля.
— Ну, я поехал. Целовать будете?
— Будем! Будем! — закричала Дашка и протянула руки. — Ты подними, а я поцелую!
На следующий день, как было запланировано, они погрузились в джип и отправились в путешествие.
Персика снова пришлось оставить дома. Пока собирались, бедный шпиц метался, жалобно скулил, подпрыгивал.
— Персик, милый мой, хороший, — уговаривала Даша, — тебе туда нельзя! Нельзя!
— Смирись, парень. Ну-ка, брысь! Слезь с меня! — возмутился Егор. Шпиц вцепился зубами в джинсовую штанину и ехал за хозяином дома по гладкому полу, а тот хромал и стряхивал существо с ноги.
Конечно, в аквапарк Персика ни за что не пустили бы, куда ж ему — у него ни плавок, ни резиновых очков. И даже ластов нет!
…Увидев, как девочки выходят за ручку из женской раздевалки, товарищ майор сразу понял, что их затея с аквапарком была совершенно дурацкой! Даже безумной.
Теперь уже никакие силы в мире не заставили бы его не смотреть на Юлю, на её точёную фигуру. Взгляд просто приклеивался: длинные ноги, стройные бёдра, плоский живот и восхитительная грудь, соблазнительно очерченная эластичной тканью купальника.
Нет, Дашка, безусловно, тоже была ослепительна в своём канареечно-жёлтом слитном купальничке размером с пятирублёвую монету. Но от Юли невозможно было оторваться. В груди у майора жгло и распирало (или не в груди), зрительные рецепторы посылали в мозг яростные сигналы (или не в мозг). Егор уже проклял то мгновение, когда предложил поехать в аквапарк.
Надо было остаться дома!
Когда Егор понял, что вот-вот испепелит юную спутницу взглядом, он сделал шаг к кромке бассейна, оттолкнулся и беззвучно ушёл под воду, взрезав поверхность длинным мощным телом и даже не подняв брызг.
— Дядя Егор! Дядя Егор! — засуетилась на берегу Даша. — Лови меня!
Малышка ловко проскользнула под маминой рукой, бесстрашно плюхнулась в воду и пошла по дну. Это была глубокая зона, до детского лягушатника они ещё не дошли. А надувные манжеты или жилет Даша наотрез отказалась надеть, не понравились они ей. Поэтому сейчас она сразу же скрылась под водой. Потрясённая Юля с паническим воплем ринулась следом — спасать ребёнка.
Егор поймал обеих: и весёлую брыкающуюся инфузорию, и божественную голую нимфу. Вынырнул из воды, прижимая к себе добычу — по девочке в каждой руке.
— Дядя Егор! — восторженно заверещала Дашка. Она обнимала спасителя за шею. — Ты кит! Ты рыба-кит! Кинь меня высоко! Высоко-высоко! Давай, давай!
— А мама разрешит? — Егор посмотрел на Юлю. Она держалась за его плечо, её мокрое лицо было совсем рядом, синие глаза взволнованно сверкали.
— Пожалуйста, только не очень высоко, Егор Михайлович, — попросила Юля.
В следующее мгновение Дашка полетела бомбочкой, описала в воздухе дугу и скрылась под водой. У бедной мамы случился ещё один инфаркт.
— Егор Михайлович, вы что! Она же утонет! — завопила Юля.
— Да куда там, — майор опять выловил бактерию и поднял её над водой. Дашка дрыгалась, от восторга она уже перешла на ультразвук. — Она плавает, как рыба. Я думал, она боевая синичка. А она — боевой карасик.
— Егор Михайлович, она не умеет плавать!
— Как это не умеет? Смотри.