И вот сейчас она тоже растаяла… Егор прислушивался к себе и понимал, что её больше нет — этой вечной спутницы, выматывающей душу, глыбой льда на долгие годы придавившей сердце. Теперь можно нормально дышать, смотреть, думать. Будто рассеялся кровавый туман, окружавший его все эти годы.
Егор постоянно ловил себя на том, что улыбается. Вот и сейчас. А как не улыбаться, если сзади в машине, пристёгнутое к детскому креслу, болтает ножками и напевает песенку маленькое чудо?
Дашу переполняли впечатления. Майор уже несколько раз порадовался, что не проигнорировал предложение и сорвался из офиса, чтобы отвезти малышку в конный клуб. Какое удовольствие видеть восторг и удивление в глазах ребёнка! Сейчас кроха делилась с зайцем приобретённым опытом, учила правильно сидеть в седле. В качестве тренажёра она использовала собственную коленку.
— Держи спину ровно. Ровно, я сказала! Ну-ка, выпрямись. Вот так, молодец!
— Дашуля, тебе понравилось?
— Дядя Егор, это было феноменально-о-о-о! — раздался сзади восторженный вопль.
— Господи Иисусе, как громко!
— Вау-у-у-у!
— Я рад.
— Спасибо-о-о-о-о! Спасибо! Спасибо, дядя Егор!
— Какая ты вежливая девочка.
— Меня мама научила.
— Даша, у тебя необыкновенная мама.
— Ой, она такая красивая!
— Очень красивая, — с чувством поддержал майор.
Вернувшись домой, они ещё немного поиграли во дворе. Даша времени даром не теряла, она продолжила начатый в машине мастер-класс, но теперь задействовала ещё и Персика — усадила зайца ему на спину.
— Так, Персик, не прыгай! Иди спокойно, ты же конь! А ты выпрямись, сколько можно повторять! — командовала она.
Даша со шпицем играли на лужайке, а Егор с улыбкой наблюдал за ними и щурился от золотисто-розового вечернего солнца. Заодно занимался делами — отвечал на звонки и проверял почту. Он не стал закрывать ворота, собирался сразу же отправиться обратно в офис, как только подъедет Юля.
С утра с ней не виделся и так хочется снова заглянуть в её бездонные синие глаза, аж крутит и ломает. А при мысли о том, как она прижалась к нему ночью, и вовсе кидает в жар. Постепенно эта юная женщина превращается в его наркотик. Он с нетерпением ждал, когда в конце улицы раздастся шум мотора, к дому подъедет машина, и из неё выпорхнет стройная фигурка.
Но вместо такси с фирменным логотипом у ворот остановился старенький «ниссан».
Даша обернулась и замерла, удивлённо всматриваясь в лицо мужчины, выскочившего из автомобиля. А через мгновение девочка уже с радостным криком неслась в сторону машины:
— Папочка! Папочка мой любимый! Ты вернулся!
В следующий миг Даша очутилась в объятиях у отца, а Егор поперхнулся. Ему словно хорошенько вломили прямо в солнечное сплетение, выбив весь воздух… Как же так? Ещё час назад малышка сидела у него на руках, обнимала за шею — обнимала его, а не этого мерзкого типа! Майор думал, что отныне так будет всегда, он мысленно уже присвоил себе этих двух девочек, с именами, которые для него навсегда превратились в святыню…
Но тут заявилось это земноводное!
Егор застыл, набычился, у его ноги притаился Персик. Оба настороженно наблюдали, как мужчина с их драгоценной малышкой на руках пересекает лужайку. Майор пока ещё хранил тяжёлое молчание, а шпиц ощерился, показал мелкие клыки. Даша этого не увидела — обнималась с любимым папой. Юля плелась следом за Дутовым, вид у неё был растерянный, подавленный. И всё равно при её появлении из машины Егора захлестнуло волной нежности — соскучился!
Майор уже видел Юлиного гражданского мужа на фотографиях, его служба безопасности собрала на коммерсанта целое досье. Но живьём этот гад оказался ещё симпатичнее, чем на снимках. Именно от таких обаятельных проходимцев девушки и сходят с ума.
Но Егор — не девушка, чары Дутова на него не действовали. Как этот подонок посмел сюда приехать? После всего того, что он устроил Юле, заявляется с честными глазами, обнимается с Дашкой, подлец. На щеках играют ямочки, на губах — виноватая улыбка.
Как же хотелось наотмашь залепить в эту симпатичную физиономию! Врезать по морде прямым коротким ударом, от которого веером полетят изо рта зубы вперемешку с кровавыми слюнями, а голова мотнётся в сторону так, что хрустнут шейные позвонки.
Егор даже ощутил приятное жжение в кулаке, как будто уже врезал этому подонку. Но не сдвинулся с места. На руках у гадёныша сидела Даша. Девочка прижималась к щеке отца маленьким личиком, целовала… Только это и останавливало, иначе давно бы прибил урода.
Егор скрипнул зубами.
Дутов, конечно же, моментально понял, что здесь ему не рады: от хозяина дома шёл сокрушительный поток мрачной энергии, рыжий шпиц злобно сопел. Но визитёр упорно продолжал улыбаться.
— Дядя Егор, смотри, мой папа приехал! — заверещала кроха. — Персик, смотри, это мой папулечка!
Дутов приблизился к майору, прикрываясь дочкой, как щитом, и протянул руку:
— Здравствуйте, Егор Михайлович! Спасибо вам огромное! Так нас выручили.
Майор на приветствие не ответил, руки не пожал, даже не пошевелился. Стоял истуканом и хмуро изучал негодяя, мерил взглядом, как букашку. Дутов виновато покачал головой: