— Я, как и ты, считал, что ничем ей не обязан и у нас просто хороший секс. Подумаешь, трахнул в туалете другую, но вернулся-то к ней. Считал это нормальным.
— Ни хрена себе, младший братик, семейный человек, любящий отец, дед. Я от тебя в шоке, — качая головой, пробубнил Владимир, наливая еще виски. — Я еще в сравнении с тобой сама невинность и дочке твоей не изменял.
Святослав помолчал, поглаживая бородку.
— Потому что ты давно переимел тут всех, кого мог и хотел. Да и жить вы вместе начали сразу, это другое. Я ведь сперва уверен был, что Лена — это очередное сильное желание. Пересплю раз-два и на этом все, поэтому так неразборчив был в связях. В один день она и застала меня с очередной мадам. Скандала не было, даже виду не показала, и вроде все было как и прежде, пока я не узнал, что она спит с моим замом. Утром со мной, вечером с ним.
Влад поперхнулся.
— Зашибись у вас семейка, — прокашлялся он.
— А это, брат, и есть женская месть. Самая изощренная и болючая, — похлопав брата по спине, продолжил он. — Лера тогда к бабушке уехала, я это знал и злющий приперся к ним домой. Довольно грубо обошелся с Еленой. Правильнее будет сказать: изнасиловал. Не бил, но морально… Я специально делал ей больно. Грубил. Говорил, мол, тебе что, шлюха, меня мало? Она молчала и просто плакала. Ушел я под утро. На работу не вышел, боялся, убью зама. Через пару суток отошел. Она уволилась. Да и фиг с ней, да только тошнило от баб, мне не то что секс, прикоснуться тошно было. Перед глазами стояла она. Тогда я понял, что влюбился, точнее, убедился. Любил давно, но из-за своей дурости списывал все на секс, хороший секс. Знакомо? — он посмотрел на ошарашенного брата. — Вот из-за этой сексомании я и потерял ее. Сам трахал всех подряд, а ее не простил. Она же мне изменила. Через месяца два мне приглашение пришло, на свадьбу, заместитель приглашал. На их с Леной свадьбу. Но она не состоялась — жених скоропостижно скончался: его нашли с перегрызенной глоткой. Я до сих пор помню вкус его крови и то дикое состояние.
— Ты убил человека? — Влад все больше и больше поражался.
— Я ему почти голову оторвал после того, как он рассказал, какая она в постели и как ему повезло. Он говорил о моей женщине, о той, которую я любил. Ты позволил бы жить мудаку, который каждый день имел Леру? Вот и я не позволил. Я знал, был уверен, что Лена не любила его — таким образом хотела меня забыть, и оказался прав. Переждав пару недель после похорон, я засунул свою гордость в задницу и как дебил стоял перед ней на коленях, просил прощения. Самое сложное было вернуть доверие, я мог стереть память, но не хотел. Было важно заслужить прощение. Я изменился: стал верным, любящим, и мне это нравилось, нравится. Не хочу ради сомнительного удовольствия терять то, что с трудом вернул. С момента, когда ее вернул, другой у меня не было. Знаешь, зачем я все это рассказал? Чтобы ты не повторял моих ошибок. Только не говори, что ты не такой.
Помолчав, Владимир ответил:
— Я поставил себя на твое место. И да, я не такой. Я бы убил зама сразу, узнав, что он спит с моей женщиной. Я хочу вернуть твою дочь. И, если узнаю, что был другой, я… — он запнулся и сдавил бокал со всей силы, раздавив его. — Я не могу без нее.
— Нет другого и не было. Тут тебе повезло, если не будешь тупить, как я в свое время.
— Как быть с тем вампиром, ее судьбой?
— Влад, в этой ситуации вы оба идиоты. Только вы одни не поняли, что и есть те половинки. Ты — ее судьба! И это единственная причина, по которой я молча позволил тебе спать с моей дочерью.
Владимир смотрел на брата, потом тихо переспросил:
— Я? Ты уверен?
— С Ингой поговори, она это еще в день вашей встречи сказала, — отмахнулся тот. Прозвенел звонок. — У меня занятие. Влад? Возьми себя в руки. До выходных определись и забирай ее или отпусти, — Святослав вышел из кабинета, оставляя бледного брата наедине с собой.
Несмотря на уверенность в своих и ее чувствах, легче Владу не стало. Даже новость о том, что он и есть Лерина судьба, мало его тешила. Хотелось домой и поговорить с Ингой, услышать от нее, но в тоже время страшило, что это окажется ошибкой. Хмурясь, он шел, не обращая ни на кого внимания.
— Звонок? Черт, я же на рисование опаздываю.
Схватив сумку, я рванула к аудитории. Поворот. Со всего разбега налетела на преподавателя.
— Твою ж мать, — вырвалось у меня.
У ног валялась куча рассыпанных вещей.
— Не ругайтесь, Хорсова! Лучше вещи разбирайте, где мое, где ваше, — грозно оборвал Владимир.
— Я опаздываю.
— Какое совпадение, я тоже, — съязвил он.
Запихивая все как попало в сумку, я протянула ему папку, схватила свой телефон и побежала. Извинившись за опоздание, села на свое место.
Пропищало смс, и, взяв трубку, я удивленно уставилась на экран. Смс было от Валарика.
«Как ты? Сбежал ночью к ней и пропал. Перезвони»
