Пленительная мелодия полностью

Я заняла место, чтобы посмотреть остальную часть шоу со сцены; им осталось исполнить всего несколько песен, так что я могла просто наслаждаться этой частью шоу и попытаться привести свой пульс в норму теперь, когда моя роль выполнена.

Хотя, нет, расслабляться рано. Мне все еще нужно было разобраться с Броуди.

– Итак, как вы все знаете, в прошлом году мой самый любимый гитарист в мире записал сольный альбом, а затем отправился в тур, – говорил Зейн со сцены, очевидно, имея в виду Джесси, – без меня. – В толпе раздалось протяжное «у-у-у-у». – Я знаю. Это было жестоко. И он отлично провел время. Была продана уйма альбомов и все такое, а еще он влюбился в эту совершенно классную цыпочку.

Он замолчал, так как аплодисменты, улюлюканье и свист толпы заглушили его на добрую минуту или около того. Кэти стояла рядом со мной, улыбаясь, и я обняла ее за плечи.

– А тем временем, – продолжил Зейн, – я бездельничал, слоняясь по Лос-Анджелесу и просто жалея себя, – пауза для сочувственных возгласов «оу-у-у-у» толпы. – И вот однажды я шел по пляжу и услышал, как один парень играет на гитаре, и это было действительно здорово. – Толпа разразилась «у-у-у-у» в сторону Джесси. – Не, ребята, это было здорово, – сказал Зейн. – Так здорово, что у меня аж сердце замерло. – Толпа притихла, прислушиваясь; что-то в голосе Зейна заворожило всех. – Я подошел и сказал ему, что он должен как-нибудь прийти поиграть со мной. Так он и поступил. И мы отлично провели время. – Я понятия не имела, к чему клонит Зейн, но мурашки поползли у меня по спине, когда он вздохнул и сказал: – Так здорово, мы попросили его прийти сегодня вечером и сыграть с нами песню. Поднимайся сюда, брат.

Я выглянула из-за толпы, когда люди начали переминаться с ноги на ногу и вытягивать шеи, чтобы лучше видеть. Пара охранников проходила мимо; они сопровождали кого-то к сцене. На нем была кепка дальнобойщика, низко надвинутая на его волнистые каштановые волосы, и свежевыбритое лицо, но люди начали узнавать его так же, как и я.

– Сет! – Я услышала, как девушка из первого ряда вскрикнула, и по залу прокатилась волна женских вздохов и визгов, как будто на дворе был 1964 год и только что на сцену вышли The Beatles.

Мой брат протянул руку, чтобы помочь ему подняться на сцену. Эш передал свою гитару Сету и поклонился, как будто он был какой-то легендой. Возможно, так оно и было. Затем Эш ушел со сцены, и группа разорвала зал песней «Dirty Like Me». Толпа снова обезумела. Мое сердце билось в быстром ритме вместе с песней, осознавая каждый удар.

Я пребывала как будто в шоке, и все быстро закончилось. В конце группа окружила Сета и принялась хлопать его по спине, обнимая на прощанье. Эль бросилась в его объятия и поцеловала в щеку – дважды. Затем свет погас, и все они ушли со сцены.

Я убралась восвояси. Они все равно были окружены толпой, все до единого, включая Сета. К тому времени, как Dirty вернулись на сцену, чтобы исполнить на бис один из своих величайших хитов «Down With You», Сета там уже не было. Исчез так же таинственно, как и материализовался… именно так, как у него всегда хорошо получалось.

Когда Dirty снова вышли на сцену, чтобы в последний раз выступить на бис и порадовать публику своим классическим кавером на песню The Doors «Love Me Two Times», я заплакала.

– Итак, что думаешь? – льдисто-голубые глаза Зейна встретились с моими, когда он вытер пот с лица футболкой, которую только что снял, и пригладил свой теперь уже растрепанный ирокез. – Хочешь как-нибудь повторить? – Он отбросил футболку в сторону и улыбнулся мне слишком счастливой, плотоядной улыбкой, что, как я знала по опыту, являлось плохим знаком.

Dirty только что ушли со сцены в последний раз, и мы все собрались в крошечной гримерке – только Зейн, Джесси, Эль, Дилан и я, потные и измученные, развалившиеся от усталости на всевозможной мягкой мебели, – и все они смотрели на меня.

На самом деле глазели.

– Эм-м… конечно? Может быть. – Я не могла сказать с полной уверенностью, захочу ли я когда-нибудь повторить этот опыт, но сейчас, похоже, было неподходящее для этого время. Очевидно, что все они находились на стадии приятного послевкусия. Зачем все портить?

– Да? – спросил Дилан. – И какие ощущения? – Он также снял свою промокшую футболку и килт и теперь сидел рядом со мной на диване в одном невероятно откровенном белом нижнем белье, поставив ноги в ботинках на сломанный столик и закинув руку мне за спину. На меня нахлынули ошеломляющие и манящие ароматы потных мужчин, виски, пива и сигарет. Я встретилась взглядом с Эль, избегая смотреть на внушительное достоинство Дилана, и она понимающе ухмыльнулась. Я не уверена, что когда-нибудь пойму, как она привыкла к этому.

– Ужасно, – произнесла я с невозмутимым видом.

Эль хихикнула, а Зейн рассмеялся.

– Так и подразумевалось. – Он бросил взгляд на моего брата, и только тогда я заметила серьезное выражение на лице Джесси. Он тихо сидел в углу, не сводя с меня своих темных глаз.

– Что? – спросила я.