С трудом вырывая ноги из гостеприимно расступающегося ила, я поспешил к берегу, молясь всем богам о том, чтобы не оставить в болоте свои бесценные сапоги. Уже на берегу отыскал присосавшуюся к лодыжке пиявку и, не жалея собственной плоти, отковырял от себя при помощи оставленного про запас кинжала. Больше никаких взглядов за горизонт! Буду бродить по болоту, опустив очи долу, как благовоспитанная девица, дабы не напороться на гипнотических светлячков. Кто бы мог подумать, что защита от ментальных атак в этой игре окажется настолько востребованной?
Тактически отступив за деревья, я отыскал себе подходящий шест и двинулся вдоль кромки опасной локации в поисках гати. Не могут же травники просто так, наудачу, лазать в трясину? Проторённая дорожка действительно обнаружилась неподалёку, правда, за право воспользоваться ей, мне пришлось побороться с шестью плотоядными слепнями. Были эти твари размером с двухлитровую флягу, жужжали, словно бомбардировщики и стоили по сорок опыта каждый. На фоне болотной слизи, не противники. Так, разминка. Разрубив последнего пополам, я осторожно ступил на выложенные в ряд связки хвороста. Те почти утонули в воде, но вес мой, всё-таки, выдержали… А что это там такое красивое? Случаем, не болотные лилии? Припомнив описание цветков для букета мира, данное мне картографом, я пришёл к выводу, что это они и есть. Весь вопрос, не помру ли я в попытке до них добраться. Три розовато-белых цветка, в окружении буро-зелёных листьев, росли где-то метрах в пяти от гати. Решившись, я воткнул шест в трясину, надавил как следует, и, после секундного сопротивления, тот провалился, так, будто на дне болота разверзлась бездна. Значит, идти нельзя. Но можно доплыть. Глубина в метр это вполне позволяет. Сняв кольчугу, я сразу почувствовал себя слабым и уязвимым, но, в данной ситуации, других вариантов не оставалось. Шлем, перевязь с метательными ножами и ножны с мечом тоже отправились в сумку, и я аккуратно сполз в вонючую воду.
Да обожритесь!
Чёрт! Это уже неприятно. Стебли, на которых держались лилии, оказались на редкость толстыми и скользили в руках, но я воспользовался предусмотрительно зажатым в зубах кинжалом и вернулся с трофеями раньше, чем болотные обитатели опустили моё здоровье хотя бы до половины. Тяжела участь травника, ничего не скажешь. А в шахтах, небось, обвалы на каждом шагу и гигантские крысы, отожравшиеся на незадачливых рудокопах. Избавившись от присосавшихся паразитов, я вернул на пояс оружие и выбрался на лежавший впереди островок. Наградой за его исследование стали десять корней грамла и схватка со слизью, попытавшейся отравить мне существование. На этот раз инстинкты гадину подвели. Получив на орехи, она залезла на подгнившее деревце, высотой в два человеческих роста, и я сбросил её оттуда одним удачным ударом меча в прыжке.
Приколотый мной к земле монстр лопнул с омерзительным чавканьем, выпустив напоследок все запасы своего яда. Что может быть хуже взрывающихся врагов? Разве что невидимые и бессмертные.
Спокойно отдохнуть и восстановить здоровье мне не позволили. Из воды вылез топлый селянин, страшный, как свадьба с Дарьей и раздувшийся, словно Фульвио после трёх литров пива. Собственно, пока я этот ходячий труп зарубил, полоска жизни почти что восстановилась. Уж очень он был живучим, пусть и неповоротливым. А вот с дальнейшим продвижением у меня не сложилось. Пройдя по гати ещё метров тридцать, я упёрся в голую заводь, со дна которой, прямо на моих глазах, поднялась гигантская кочка. Судя по всему, она была частью проложенного здесь маршрута, но мне лично не улыбалось бродить по исчезающим островам, по крайней мере до тех пор, пока мне не станет ясен принцип их действия. Словно вторя моим размышлениям, по болоту разнёсся протяжный стон, и кочка медленно погрузилась под воду, оставив лишь несколько сотен грязевых пузырьков. Пора возвращаться. Не может быть, чтобы Майлз ночевал в таком месте. Наверняка у него есть что-то типа стоянки поблизости от дороги. Вернувшись на твёрдую землю, я направил свои стопы обратно на восток, не отходя далеко от границы топи.
Поиски травника заняли ещё где-то час с небольшим, и время это не прошло даром. Плотоядные слепни, при поддержке гигантских гадюк, так и лезли под мой клинок, а второй каскадёрский заплыв позволил мне собрать достаточно лилий для квестового букета.
– Здрасьте-пожалуйста! – недовольно воскликнул травник, обжаривавший на костре кусок мяса. – Что за жизнь, даже в лесу тебя кто-нибудь достанет!
