С тех пор как на одной вечеринке Росс встретил мальчишку, как две капли воды похожего на него самого, его жизнь превратилась в сплошной кошмар… `Двойник` преследует его повсюду, с маниакальной настойчивостью выдвигая единственное и совершенно абсурдноетребование — чтобы Росс `убрался из его жизни` и уступил свое место. В противном случае он грозит наслать на Росса какой-то смертельно опасный вирус. Росс не верит в серьезность угроз чокнутого незнакомца, пока, к собственному ужасу, не замечает у себя признаки странной болезни…
Когда я был маленьким, кто–то из ребят сказал мне, что у каждого человека есть двойник. Я ответил тому парню, что он сошёл с ума.
Теперь мне двенадцать лет. И я только что видел своего двойника. Конечно, я не поверил собственным глазам. Нельзя даже сказать, что он был похож на меня, — это был я сам!
При этом я смотрел не в зеркало, а этому мальчику прямо в лицо. У него были мои тёмные волосы, мои голубые глаза, моя немного косая улыбочка, моё лицо, моё тело. Словом, я смотрел на самого себя!
Я понимаю, понимаю. Это звучит дико. Любому здравомыслящему человеку должно показаться, что я помешался. Но вы тоже помешались бы, если б увидели перед собой своего двойника.
Надо сделать глубокий вдох. Мой отец советует поступать так в трудных ситуациях. «Сделай глубокий вдох, Росс», — говорит он в подобных случаях.
Отец работает исполнительным директором на киностудии. Он один из боссов компании «Манго Пикчерз». Его работа состоит в том, чтобы весь день напролёт спорить с
менеджерами, управляющими и кинозвёздами. Он говорит, что ему приходится делать по миллиону глубоких вдохов в день. Это помогает ему сохранять выдержку и хладнокровие.
Вот и мне надо сделать глубокий вдох и рассказать эту историю с самого начала. Или даже немного раньше, с предыстории.
Кстати, я соврал насчёт цвета моих глаз.
На самом деле глаза у меня не голубые, а тёмно–серые. То есть почти голубые, не так ли?
Думаю, лучше всего начать рассказ со школы. Я учусь в средней школе на Беверли — Хиллз, расположенной всего в нескольких кварталах от моего дома.
Я знаю, что вы подумали. Вы решили, что я везунчик. Действительно, неплохо иметь отца, занятого в кинобизнесе, и жить в большом доме на Беверли — Хиллз с бассейном и теннисным кортом. Мало того, в подвале имеется собственный кинозал.
Вы правы: я везунчик. Но у меня есть проблемы. Много проблем.
Вчера утром, например, у меня возникла проблема с Синди Мэтсон. Наткнувшись на Синди в коридоре во время школьной перемены, я увидел, что она на меня сердится.
Её лицо раскраснелось, она то и дело поправляла растрепавшиеся чёрные волосы; кроме того, постоянно сжимала и разжимала кулаки — с таким напряжением, что у неё побелели костяшки пальцев.
— Росс, где ты был? — преграждая мне путь, спросила она.
Синди выше меня по крайней мере на полфута. К тому же она спортивная и сильная. Она могла бы сыграть роль Зены в фильме «Зена, королева воинов». Поэтому я стараюсь поддерживать с ней хорошие отношения.
— Ты спрашиваешь, где я был? — Как вы понимаете, я решил для начала потянуть время.
Но Синди рвала и метала.
— Ты что, забыл?! — кипела она от негодования. — Мы же договорились встретиться. Ты же сам упросил меня сходить с тобой в парк аттракционов вчера вечером. И не явился!
— Да, было дело, — признал я свою вину. — Но, видишь ли… — Мне надо было что–то придумать, причём очень быстро. — У меня были занятия по теннису… Правда. А тут ещё ракетка сломалась. Пришлось идти в магазин спорттоваров на Уиллшире, чтобы купить новую.
Я сделал паузу, чтобы перевести дух. Поверила ли она моим оправданиям?
Похоже, что нет.
— Росс, ведь это неправда, — проговорила Синди сердито. — Занятия по теннису у тебя по субботам, и всем это прекрасно известно. Почему ты не можешь сказать правду? Ведь ты просто забыл о нашей встрече, не так ли? Признайся!
— Ничего подобного, — упорствовал я. — На самом деле… Ладно, я скажу тебе правду. У меня заболела собака, и мама попросила помочь отвезти её к ветеринару. Поэтому мне пришлось…
— С каких это пор у вас появилась собака? — прервала меня Синди.
— Что? — Я опустил голову и задумался. Она права: у нас нет никакой собаки.
Иногда я так увлекаюсь, сочиняя свои истории, что путаюсь в деталях. Это меня и подводит.
У Синди округлились глаза.
— Ты хотя бы помнишь, что в пятницу мы идём на вечеринку к Максу?
Честно говоря, я начисто позабыл об этой вечеринке.
— Конечно, — уверенно кивнул я. — Как я мог об этом забыть?
В этот момент прозвенел звонок. Надо было спешить на занятия.
Мы разбежались в разные стороны. Я свернул за угол — и наткнулся на Шарму Грегори.
Шарма — невысокая, миниатюрная блондинка, всегда говорит тихим голосом, почти шёпотом. Она полная противоположность Синди; можно даже сказать, анти-Синди. Шарма очень хорошенькая и к тому же необычайно умная. В прошлом году она заработала бесплатную поездку в Вашингтон, написав блестящее сочинение по литературе. Правда, не поехала, потому что была приглашена на какой–то жутко престижный приём по случаю вручения «Оскара» с участием самых видных кинозвёзд.
