– Они приходят с юга, – пояснил Дрэку брат, – редко. Но много. Я видел таких, когда был мал. И еще раз – когда был юн. Помнишь мою первую женщину, Кэтри? Я похитил ее у них. У нее потом родились сын Гром и дочь Сола. Где вы его взяли? – спросил он у одной из женщин.
Женщина испуганно посмотрела на возвышающегося над нею рыжеватого мужчину с льдисто-голубыми глазами, пытаясь понять, что от нее требуется. Тот ткнул пальцем в мальчишку на земле, обвел рукой вокруг и сделал головой вопросительный жест. Она, видимо, поняла: ткнула в связанного одним пальцем, затем вытянула еще один и ткнула рядом с пленником в землю, затем в костер, а третьим пальцем еще чуть дальше от связанного, и снова в костер.
– Их было трое, – перевел Брэд, – двух они сожрали. Этого оставили на случай неудачной охоты.
– Прибить его? – спросил равнодушно Дрэк, покусывая прядь своих пыльных русых усов.
В памяти Брэда вдруг всплыло, как поразила его детское воображение многочисленная толпа темнокожих людей. Почему-то вспомнились огромные печальные глаза его умершей жены, которую он, увидев однажды на берегу реки, уже не смог никогда забыть. Ее тонкая фигурка, прямые стройные ноги, непохожие на кривые короткие ноги женщин племени, светящаяся плотная гладкая кожа… Он несколько дней не мог выкинуть ее образ из головы, а затем вернулся к стоянке этих людей, подкараулил возле реки, куда она ходила за водой, и украл вопреки запрету тогдашнего вождя. Всему племени пришлось спешно покинуть привычные места кочевки, опасаясь мести гораздо более многочисленного племени чужих, и удалиться в сухие пустынные приозерные степи. Это происшествие серьезно поколебало его авторитет как наследника вождя. Он не жалел об этом – мог бы даже совсем отказаться от места впереди всех охотников. Но глава племени, в конце концов, поддался на уговоры своей женщины – матери Брэда – и оставил все как есть. Именно Кэтри сделала ему это роскошное ожерелье из трех рядов когтей беркута, которое он считал теперь знаком своего положения и собирался впоследствии передать его своему наследнику. Но недолго прожил он с любимой женщиной. Она умерла при вторых родах, производя на свет Солу. Слишком изящная фигура была у нее для рождения большеголовых детишек племени. В этом году Сола станет взрослой, у самого Брэда давно уже есть новая женщина и пора бы взять еще одну – но он так и не забыл свою первую любовь, и у него так и не прошел интерес к этому странному южному народу.
– Нет, – промолвил он, наконец, ощупывая по привычке острые когти ожерелья, – возьмем пока с собой. Он может пригодиться.
– Опять выдумываешь, – недовольно пробубнил Дрэк, выплюнув прядь, – зачем лишние проблемы?
– Заткнись, – хмуро ответил Брэд, сведя круто выступающие брови и наморщив резко убегающий назад узкий лоб, – когда станешь вождем, будешь решать ты.
Дрэк с досадой пнул лежащего под ребра, жестом приказав ему подняться. Тот с трудом сел, стараясь незаметно заглянуть в глаза этим странным людям. Он видел, что произошло с его товарищами. Его кровь превращалась в лед при воспоминании об этом. Это были его друзья детства, с которыми они отправились путешествовать, и на его же глазах… он больше никогда не будет таким, как был. Пленник испытывал отвращение и страх к этим полулюдям-полузверям. Но все же… надежда тускло тлела где-то в глубине души. С одной стороны, пришедшие ничем не отличались от побежденных ими людоедов. С другой стороны, – раз имело место убийство всех мужчин – друзьями им, видимо, не были. Значит, обычаи могли отличаться. Юноше очень хотелось поверить, что ему повезет больше, чем его товарищам. Однако лица этих людей особой уверенности в этом не вызывали: за грубостью и жестокостью чувствовался страх, страх к чужим, непохожим на себя созданиям. А где есть страх, там никогда не будет доверия, значит, всегда будет существовать опасность. Несмотря на свою молодость, парень прекрасно это понимал. Поэтому он решил, что самым правильным поведением на данный момент будет полное послушание, чтобы постепенно исключить в глазах этих людей самую маленькую вероятность угрозы со своей стороны.
Победители отобрали трех самых молодых и симпатичных женщин, связали им руки спереди, а также ноги таким образом, чтобы веревка позволяла сделать небольшой шаг. Также перевязали ноги и пленнику. Затем собрали все оружие, засыпали огонь землей и ушли, бросив оставшихся женщин и детей умирать голодной смертью.
