— Вот уж кто тут деградирует в вашем обществе, так это я, — с притворной горечью вздохнул Мукуро. — Но ничего, скоро я женюсь, стану маркизом, обрету устойчивое положение в высшем свете и присоединюсь к более подходящему мне обществу… — Он посмотрел в сторону собравшихся аристократов, важно беседующих о политике, и уже по-настоящему приуныл. — Обществу жирных, скучных, лысеющих стариков и пустоголовых лощеных франтов.
— Ты, как бы, тоже пустоголовый лощеный франт, — не преминул подколоть Бьякуран. Занзас скосил на него глаза, но, метнув опасливый взгляд в сторону напыщенной знати, отогнал от себя мысль о сиюминутном убийстве. Мукуро в этом был с ним солидарен.
— Осталось пятнадцать минут, — оповестил Шоичи, подбегая к ним. — Скоро откроют дверь, и можно будет навестить бойцов.
— Надо навалять рыбине за то, что выделывался там, — мрачно произнес Занзас. — За какого-то дурачка заступается еще, дубина.
— Мне бы и Кее навалять, но, боюсь, откинется тогда, — невесело посмеялся Мукуро. — Надеюсь, Шамал там над ним поколдует как прежде… Если на ту женщину не переключится, а то я его знаю.
Бьякуран опять над чем-то крепко призадумался. Кажется, его сильно впечатлил поступок того парня — восьмидесятого.
Пожертвовать своей жизнью ради своих убеждений — для него это казалось чем-то совсем противоестественным, чем-то диким и непонятным. Ему бы посмеяться над дурачком, который умер ни за что, но почему-то не хотелось.
— Они там о Каваллоне треплются? — спросил Занзас, напряженно вглядываясь в сумрачные лица знати. — Что он на этот раз натворил?
— А, он захватил баронет Кэрилл, и обошлось даже почти без жертв среди мирного населения — большинство с радостью приняло орден и даже помогало в свержении барона.
— Кэрилл, Кэрилл… — пощелкал пальцами Занзас, мучительно вспоминая имя барона. — Это Ричард плешивый, что ли, откинулся? Ха-ха, надеюсь, перед смертью он сильно мучился.
— Сильно, — с некоторым сожалением ответил Ирие. — Его привязали к лошади и возили по городу, а потом повесили на дереве возле его замка.
— А не слабо Каваллоне раскрутился. А ведь был такой мямлей, — удивился Бьякуран. — Я думал, что у него муху не хватит духа прихлопнуть, а он людей убивает направо и налево.
Мукуро сам поражался такой перемене. В первую их встречу Дино едва в ногах перед ним не валялся, умоляя не забирать Хибари, а тут прошло всего полгода, а он уже страх нагнетает по всему королевству и чужие земли к рукам прибирает. Неужели он так сильно старается из-за Кеи? Или его цели изменились?
— Когда я у него лошадь приехал покупать, он смущался и краснел, словно я его замуж зову, — пустился в воспоминания Джессо. — Тогда он преклонялся перед аристократией и нисколько не стыдился этого. Так радовался, что я к нему пришел, даже за стол пытался усадить… Черт! А теперь он, считай, мой враг номер один. И не подумал бы.
— Вообще не представляю этого вашего Каваллоне. Когда улавливаю слухи о нем, то вижу сурового мужика с развевающейся на ветру бородой, а слышу о нем от вас и не могу не представлять розовощекого сопляка с лыбой на лице.
Бьякуран расхохотался, и Мукуро не сдержал смешок — ни первое, ни второе определение к Каваллоне не подходило. Хотя кто его знает: всего две недели прошло после их последней встречи, а он уже баронет захватил, пусть и не самый защищенный.
— Сейчас откроют, — напомнил Ирие, взглянув на часы. — Стоит поторопиться, сейчас многие захотят встретиться со своими бойцами.
— Кто последний — тот мудак, — рванул Занзас без лишних распинаний.
Мукуро едва не помчался следом, но вовремя опомнился и, вежливо склонив голову, направился к выходу, чтобы сесть на лошадь и доехать до Колизея. Если к выходкам Занзаса еще более-менее привыкли, Мукуро уж точно не стоит портить себе репутацию. Тем более сейчас, когда решение по присвоению ему титула маркиза зависит не только от короля (ныне почившего), а еще и от герцогов, которые не особо были к нему лояльны.
Когда он подошел к конюшне, где его поджидал лакей с запряженной в сбрую лошадью, Занзас уже сидел на своем коне и снисходительно поглядывал на него, всем своим видом выражая свое превосходство. Вот уж кому было плевать на общественное мнение. Бьякуран помахал им рукой на прощание.
— Оставляете меня на произвол судьбы с этими людьми, — упрекнул он и приобнял Ирие за плечи: так, чтобы со стороны это казалось дружеским жестом. — Передавайте привет своим… бойцам, — усмехнулся он.
— Если хочешь убить его, то сейчас самое и то время, — хмыкнул Мукуро, кивнув Занзасу и наматывая на руку поводья.
— Не, мне нужно запастись силами перед предстоящей встречей со Скуало, — с сожалением ответил Занзас, прожигая убийственным взглядом невозмутимого Джессо.
— Охо-хо, мог бы и не говорить, извращенец, — рассмеялся Бьякуран и поспешно ретировался, пока Занзас не передумал и не набросился на него.
— Вот урод. Ничего, еще отхватит свое.
Мукуро тихо посмеялся и пришпорил лошадь. Ему не терпелось увидеться с Хибари.
***
