— Ладно, Кея болеет, так что свали со скамьи и освободи место, — потребовал вдруг заключенный в темном балахоне голосом Каваллоне. Мукуро скрипнул зубами и вцепился в решетку пальцами, вне себя от злости.
Увидев какого-то новичка, скрывающего свою личность и дерущегося на арене словно ураган, Мукуро и подумать не мог, что это был Каваллоне. А он еще им так восхищался и болел за него все эти два боя. Как же это…
— Каваллоне… — процедил Мукуро. Снова он маячит перед глазами, ублюдок.
— Ваша Светлость, позвольте обратиться, — подошел к нему стражник. — Не стоит стоять так близко, прошу, отойдите.
— Лучше ты отойди, а то я сейчас за себя не ручаюсь, — едва сдерживая злость, ответил он, даже не отрывая взгляда от хохочущего Каваллоне. Хибари, который стоял рядом и терпел его руку на своих плечах, мельком взглянул в сторону Мукуро, отвел взгляд и тут же снова уставился.
— Ты… — удивленно выдохнул он и, стряхнув руку Дино, кинулся к Мукуро, перепрыгивая через столы и скамьи.
— Восемнадцатый — попытка побега! — крикнул один из стражников, бросаясь ему наперерез. — Стой, если не хочешь серьезных последствий!
Хибари даже его не слышал — его полностью поглотила ненависть и гнев. Он ничего в этот момент не слышал и не видел, кроме Мукуро, что стоял так близко, всего лишь руку протяни. Всего лишь пара хрустнувших позвонков, и он будет наконец свободен и сможет делать все, что захочет. Всего лишь…
— Хибари, ты что творишь?! — кричал Скуало, присоединяясь к страже.
С дороги. С дороги. С ДОРОГИ.
Когда навстречу Хибари вылетел один из бойцов, решивших подмазаться тем самым к стражникам, и сбил его с ног, Кея проломил ему голову поднятым с пола молотом.
— А ведь всего час до конца смены оставался, — с досадой чертыхнулся капитан стражи и подтолкнул своего лейтенанта к клетке. — В красную зону его — живо.
Дино в шоке смотрел на подползающую к его ногам кровавую лужу и медленно отходил назад. Он ни разу не видел, как Хибари убивает, и… это было слишком неожиданно. Воспринимал его как парня-соседа, ведь они просто косили вместе сено и ухаживали за лошадьми, а слухи о том, что он наемник, никак не воспринимались вообще. И увидеть это вживую…
— Что вы позволяете? — обратился к капитану стражи Мукуро, когда Хибари поймали и принялись избивать. — Немедленно прекратите.
— Боюсь, это невозможно, Ваша Светлость, — сухо ответил капитан, чуть склонив голову. — У нас тут свои законы, а у вас нет никаких полномочий, чтобы отдавать приказы. Прошу простить меня.
Мукуро хотел свернуть ему шею. Хотелось свернуть шею Каваллоне, а потом и самому Хибари. Как там Бельфегор говорил? «Можете свернуть головы паре стражников»?
— Эй, куда вы его ведете? — крикнул Скуало и заметил Мукуро. — Опять ты! Чего твоей заднице не сидится на своем троне?!
— Заткнись! — ударил по решетке капитан и кивнул своей страже, которая вытащила из зала упирающегося всеми силами Хибари. — В красную.
— Мукуро! — рвался Кея, глядя на него безумными глазами. Он словно и впрямь сошел с ума: сколько бы он ни пытался убить его, он никогда так не вел себя, словно в какой-то дикой истерике. — Уберите от меня свои лапы, я должен убить его! Мукуро!
Хибари задыхался. Он не чувствовал боли от побоев, и хотелось выть от досады. Он ведь был так близко, так близко!
— Думаешь, что я спущу тебе убийство моих подчиненных и других заключенных? — зло произнес капитан, помогая тащить его. — Мало тебе не покажется, выродок.
Они впихнули его в какую-то камеру и заперли дверь. Хибари заколотил в нее руками и ногами, до боли стиснув зубы и даже не пытаясь унять свое бешенство. У него до сих пор в ушах звучало сиплое дыхание того грязного мужика, которого подсунул ему Мукуро, и издевательская усмешка на прощание.
— Ну-ну, не стоит так трепыхаться, тебя тут никто не обидит, — со смешком произнес кто-то за спиной, но Хибари проигнорировал его, увлеченный бесплодными попытками выбить тяжеленную металлическую дверь.
— Рейл, только не убивай его, — крикнул из-за двери капитан. — Он у нас любимец публики.
— Не волнуйся, он у нас тоже будет любимцем… публики, — фыркнул тот. — Ну-ка, глянем, кто тут у нас такой популярный.
Хибари в последний раз ударил по двери и тяжело вздохнул. Он снова упустил возможность. А ведь он был так близко!..
Кто-то дернул его за плечо, разворачивая, и он увидел перед собой какого-то высокого взъерошенного одноглазого мужчину. Он жевал во рту табак и выглядел очень вальяжно.
— Такой щуплый, кожа да кости, — досадливо фыркнул он и ущипнул его за плечо. Хибари отшвырнул его руку и отошел в сторону. — Опа, ладно, недотрога, проходи, располагайся.
Хибари едва подавил в себе тошноту, разглядев в полумраке обстановку. Он отошел обратно к двери и отвернулся, ощущая новый прилив злости и внезапной паники.
Он успел разглядеть несколько человек: кто-то сидел на кривых скамьях и убогих, как у всех, постелях, а кто-то…
— В чем дело? Тебе что-то не нравится? — прищурился Рейл, подойдя сзади и положив руки на его плечи. — По-моему, хороший вид открывается.
