Две недели пронеслись незаметно: София и принц даже не помышляли о побеге. Однажды утром София вызвалась отнести легкий завтрак в шатер командующего. Роверо хорошо относился к поваренку: девушка чувствовала, что тот подозревает о ее маленькой тайне, но так же ощущала, что молодой капитан не выдаст Софию. Не дожидаясь разрешения, она проскользнула в приоткрытую щель полога и, вскрикнув, уронила поднос с завтраком для Роверо.
На столе, окруженном высшими чинами офицеров, лежала отрезанная голова старого генерала. Глаза мужчины были выколоты и смотрели на девушку кровавыми провалами, в рот всунут лист бумаги. Офицеры настороженно смотрели на поваренка.
— Фил, — раздраженно прошипел Роверо. — Тише! Ты хочешь, чтобы в лагере началась паника?
Девушка мелко-мелко задрожала и, бросив беспомощный взгляд на командующего, почувствовала, как по щекам покатились слезы. Сглотнув, она попыталась успокоиться: это же война! Но старый генерал оставил в сердце Софии теплые воспоминания, поэтому видеть то, что с ним произошло, было вдвойне больно.
— Дев… — капитан чуть поперхнулся и продолжил: — Ревешь, как девчонка! Быстро сюда! Еще не хватало, чтобы снаружи услышали…
София прошла к столу, с трудом переставляя ватные ноги, и с ужасом покосилась на окровавленную голову: седые волосы спутались, на шее кожа была словно старый, неловко разодранный, пергамент. Роверо обвел напряженным взглядом мрачных и насупившихся мужчин, обступивших стол:
— Насадские войска уничтожили дворец. Династия Руйс прекратила свое существование…
Напряжение в шатре нарастало. Капитан поспешно выдернул изо рта генерала смятую бумагу и облегченно вздохнул: простое действие далось молодому офицеру с великим трудом. Уже спокойнее он развернул лист и потрясенно уставился на неровные буквы, выведенные кровью… видимо, самого погибшего Арроти.
— Предлагают сдаться добровольно, — отрывисто произнес он, бегая глазами по неровным строчкам, — иначе все погибнут!
— Так может, сдаться? — неуверенно проблеял невысокий мужичок. — Теперь уже все равно…
— Нет! — неожиданно для самой себя заявила София. — Ни за что!
— Сопляк, — раздраженно отозвался мужчина. — Тебя, что ли, главным назначили? Глупый поваренок! Насадчане — сплошь маги! Что мы сможем им противопоставить?
— Говори, Фил, — Роверо так посмотрел на зарвавшегося офицера, что тот съежился в углу. — Молодость не значит глупости! Что ты предлагаешь?
— Попытаться разведать, — девушка воодушевилась вниманием капитана, — где враги. И нанести удар… Думаю, Ян сможет предложить что-то более конкретное. Может, объединиться с другими лагерями. Говорят, что магов в Насаде не так уж много. Руйса не раз предупреждал… — девушка осеклась, не зная, стоит ли упоминать о Хозяине. Ведь это может повлечь подозрения, расспросы. — Так говорят… что слухи давно ходят о нападении насадчан. Но король был слеп — собирал армию для нападения, а надо было защищаться. Недооценив врага, подверг Минд страшной опасности… и сам погиб.
— Да как ты смеешь судить короля! Капитан, за такие слова мальчишку надо выпороть! — зашипел низенький офицер, но Роверо лишь отмахнулся.
— Не те сейчас времена, когда за правду бьют, — сурово произнес молодой командующий. — Возможно, лишь она и даст шанс уцелеть. Я не спрашиваю тебя, Фил, откуда ты все это знаешь. Сдается мне, не так просты вы с приятелем-шатранцем. Если ты прав и бояться магии не стоит, то надо попробовать хотя бы отомстить за бравого генерала. Старший капрал Бум! Приведите шатранца…
Кошчи приближался к озеру. Еще издалека он приметил одинокую фигуру на песчаном берегу. Он был прав: насадчанин терпеливо ждал возвращения нового знакомого.
— Долго тебя не было, — с грустью произнес молодой маг, ловко кидая голяш в озеро: на поверхности воды Кошчи с удивлением узрел замысловатое кружево, покачивающееся на волнах. Еще один мелкий камешек послушно занял свое место в одной из витиеватых линий. — Ну как, нашел Хозяина?
— Нашел, — кивнул Кошчи, осторожно пробуя носком ноги импровизированное покрывало, украшающее озерцо. К его изумлению, по нему теперь можно было ходить, словно по суше. — А ты что тут устроил?
— Скучно, — отмахнулся парень и с любопытством уставился на Хозяина. — Ну, какой он? Правда, что утром он младенец? А правда, что он всегда разный? А он как разговаривает?
— Сколько вопросов, — чуть повел плечами Кошчи. — Уже поздно и я устал. Если хочешь узнать, иди сам посмотри! Если не будешь сомневаться, может, и найдешь…
Он еще раз наступил на каменное кружево, убеждаясь, что оно непоколебимо. Вздохнув, — вечерний моцион отменяется, — Кошчи растянулся на еще теплом песке. Насадчанин, не в силах смириться с жестокостью путника, и не думал отступать:
— Все равно, до утра бесполезно! — нетерпеливо взмахнул он руками. — Хозяин только утром воскреснет — с первыми лучами солнца!
— Раз бесполезно, то и разговаривать не о чем, — буркнул Кошчи и закрыл глаза: у него абсолютно не было желания сейчас общаться с кем бы то ни было. — В любом случае, нужно дождаться утра…
