— Меня, цыпа, даже не ловили — криво усмехнулся Кисс. — Стыдно признаться, но меня взяли прямо у городских ворот. Попался, как сопливый, неопытный мальчишка. Попросили с коня сойти — дорожные сумки, мол, проверить надо. А дальше все пошло по давно накатанной колее… Я после дороги расслабился, злой был и уставший, контроль над собой и окружающими потерял, вот и лопухнулся, как… Самое смешное и нелепое в том, что эти фокусы, при помощи которых меня взяли, предназначены для зеленых фраеров, а я на них попался, как последний лох! Даже не знаю, как правильней себя назвать за подобный кретинизм! Все мозги, как видно, по дороге растряс! Таким разиней я не был с детства! После встречи с тобой, цыпа, у меня все идет наперекосяк… Похоже, удачу ты у меня умыкнула. Так что со вчерашнего дня я отдыхаю на государственных харчах. Ну, и как я уже говорил, все это время мечтаю о встрече с тобой!
— А я думала, тебя сегодня схватили…
— Нет, цыпа, вчера.
— И где же ты был эти сутки?
— В другом месте прохлаждался, куда темней и хуже этого — в подземном застенке. Тут, к твоему сведению, имеется немало очень неприятных тайных уголков, в которые лучше не попадать. В одном из таких милых мест я с дознавателем долго беседовал. Он, кстати, цыпа, тобой очень интересовался. Там же, в подземном застенке, мне и посидеть довелось. А сегодня вдруг, ни с того, ни с сего, перевели меня сюда, по соседству с тобой, радость ты моя ненаглядная. Так что, считай, мы с тобой свиделись, как я того и ожидал. Правда, несколько не так, как бы мне того хотелось, моя милая змеиная царица.
— Как ты меня назвал?
— Змеиная царица. Правда, запамятовал, как ее по-настоящему зовут. Может, ты напомнишь? Похоже, вы с ней в родстве состоите…
— Ну, Кисс, ты даешь! — заржали из соседних закутков. — Красотку этак обозвать! Хотя и верно — все бабы змеи! И все, как одна, ядовитые!
— Она меня прекрасно поняла. Ведь так, цыпа?
— Отстань! И хватит молоть чушь!
— Да, хорошо ты тогда меня кинула! И я, как пацан, купился! А уж такой чистый и невинный взгляд у тебя был тогда, на вашем деревенском постоялом дворе, горел таким праведным гневом и любовью к сирым и обездоленным, что я ему сдуру поверил, размяк… Артистка ты у нас отменная, сумел оценить достоверность игры на собственной шкуре… Что ж, век живи, век учись…
— Ты его проживи вначале, этот век!
— Проживу, сколько отмеряно. Но вот ты, как только я до тебя доберусь… В общем, когда мы встретимся без этих решеток, или просто окажемся рядом… Цыпа, я сверну тебе башку. Это не угроза, просто я предупреждаю тебя, чтоб и ты начала отмерять положенный тебе срок жизни на этом свете.
— Давай, Кисс, пугай красотку! Может, в дальнейшем посговорчивей будет — засмеялись уже с другой стороны.
Негромко переругиваться на потеху соседей нам пришлось недолго. Пришли стражники, загремели ключами, и увели в другие клетушки заключенных из закутков справа и слева от моей камеры. С чего это меня оставляют одну, без людей по соседству? От неприятных предчувствий сжало сердце. Поневоле вспомнились слова Вояра о том, что правду обо мне он может узнать и иным способом… Вон, и Кисс замолчал, с интересом наблюдает за дальнейшим развитием событий…
Долго ждать не пришлось. Гомон, ругань стражников, звон оружия… По коридору вели заключенного, высокого, крепкого, совсем молодого мужчину, причем оружие у стражников, окруживших этого мужчину, было наготове. Чувствовалось: ворохнись парень, или сделай хоть шаг в сторону — враз зарубят, без раздумий и колебаний. Да и поглядывали тюремщики на этого человека мало того, что зло, так еще и с плохо скрываемой ненавистью. Чем это он перед ними так провинился? Что, этот мужчина тоже кто-то вроде Клеща? Иначе с чего бы стражникам на него так зло глядеть? Мужчину втолкнули в закуток справа от меня, и быстро заперли за ним дверь.
Но, вместо того, чтобы уйти, стражники остались возле камеры с запертым в ней человеком. Подошло еще несколько тюремщиков… И у всех теперь, после того, как за парнем закрылась дверь в камеру, оказались донельзя довольные лица. Судя по их донельзя пакостным усмешкам, парню в соседской клетушке сейчас придется несладко…
К несчастью, я оказалась права. Вначале стражники просто дразнили человека, будто сами подзадоривали себя на дальнейшие неправедные действия… Бедный парень, как мне кажется, не понимал ничего из того, что ему с насмешками и оскорблениями бросали тюремщики. Пытался им что-то сказать на чужом языке. Так он не из нашей страны…