Похоже, с надеждами я поторопилась… Но того человека, что, чуть пошатываясь, шел по коридору, я уже где-то видела, причем совсем недавно. Богатая одежда, дорогое оружие, стоящие огромные деньги украшения, чуть брезгливое выражение на молодом обрюзгшем лице… Судя по мешкам под глазами, немного неуверенной походке и тяжелому взгляду мутноватых глаз, воду он пьет только по утрам, причем в немалом количестве. В остальное время предпочитает гораздо более крепкое питье, и вливает его в себя от души. А ведь мужик не старый, похоже, что по возрасту мы с ним одногодки, или вроде того… О, вспомнила! Этот человек стоял за троном Правителя в тот день, когда мы всей компанией внезапно нагрянули на праздник во дворце… Он еще советовал Правителю отправить нас к инквизитору на допрос… Да, точно! Его Правитель называл братом… А и верно, что-то у них в лице есть общее! Только вот подошедший мужчина внешне будет куда смуглей белокожего Правителя, и, в отличие от него, мне совсем не понравился: дорогого зятька чем-то напоминал, хотя, конечно, до красоты разлюбезного супруга Даи ему было немыслимо далеко. Но по ухваткам — один в один, такой же наглый хам! Есть вещи, которые понятны без слов. Сопровождавший его невысокий, жилистый человек выглядел куда трезвее своего спутника, но в целом они дополняли друг друга: оба примерно одного возраста, оба с надменным выражением на отекших лицах, и в то же время злые до предела. На всякий случай я отступила от решетки подальше — мало ли что им в голову взбредет, по пьяной лавочке…
Парочка остановилась перед моей камерой. Ну, и что им от меня надо? Боюсь, ничего хорошего. Посмотрев на меня мутным взглядом несколько секунд, родственник Правителя скомандовал окружающим его стражникам:
— Откройте дверь к этой…
— Мы не имеем права! — вытянувшись, доложил один из стражников, самый старший по чину из присутствующих. — У нас имеется приказ…
— Чей?
— Согласно особого приказа главы тайной службы господина Во…
— Можешь послать этот приказ в отхожее место и использовать его там по прямому назначению. Открывай, я сказал!
— Не имею права, Ваше…
Удар в зубы не дал стражнику закончить обращение, причем этот удар был так силен, что высокий здоровый охранник рухнул на пол, непроизвольно схватившись рукой за разбитое в кровь лицо. Спутник высокопоставленной особы, этот невысокий жилистый человек спокойно потирал руку в тяжелой печатке с острыми железными шипами, и с едва заметной презрительной усмешкой оглядывая всех нас. Да, сильно бьет парень, умело и почти без замаха. А если сюда прибавить еще и страшную перчатку!.. Уже по одному этому хлесткому и жесткому удару можно судить, что у жилистого имеется немалый опыт в усмирении непокорных… А судя по довольному выражению лица, чужая боль доставляет этому типу немало удовольствия…
— Кто еще здесь не имеет права?! — зло оскалил зубы родственник Правителя. — Кто не понял, вбейте в свою тупую башку — все права здесь имею только я! Я! Я! Я! Вы — никто, и звать вас будут так, как я того захочу, и делать будете только то, что я вам прикажу! Всем понятно? Открывайте!..
— Ваше Высочество, к этой женщине нельзя заходить! — чуть ли не застонал другой стражник, с испугом глядя на пришедших. — Она — эрбат!
Высочество… Значит, это принц? Помнится, Правитель назвал его братом. Если так, то это младший брат. Разница в возрасте у них должна быть не менее двадцати лет, а то и побольше. А и верно, я не ошиблась, что-то в них есть общее… Но уж манеры у этого родственничка — хуже не бывает! Никакого сравнения со старшим братом! Да и внешне он очень проигрывает Правителю…
— Не пори херню! — продолжал тем временем рыхловатый. — Ты что, меня за идиота принимаешь? Знаю я, какой это эрбат! Кого обманывать вздумал, дерьмо? Быстро открывай, кретин безмозглый! Не то сегодня же и сам в соседней камере окажешься, где тебе самое место!
— Ваше Высочество, вы, очевидно, нас не поняли! Эта женщина — эрбат! Даже мы к ней не подходим! Господин Вояр в самой категоричной форме запретил любое…
Договорить стражник не успел. Получив от приятеля принца несколько сильнейших ударов в солнечное сплетение, он почти в беспамятстве упал на пол, прижав руки к животу и лихорадочно пытаясь вздохнуть. И опять едва заметная усмешка одного, и пьяный кураж другого.