— Ты! — стал выходить из себя рыхловатый мужик. — Что, язык проглотила? Так мы его сейчас достанем, не сомневайся! И сюда никто не придет, напрасно надеешься! Ну что, хорошо они тебя спрятали? Да кому надо на тебя время терять! Придумали фигню для простаков — к бабе соваться нельзя, оттого что она эрбат! Нашли, кого обманывать! Да им меня вокруг пальца никогда не обвести! Хочешь сдохнуть без мук — рассказывай все, что знаешь! И без понуканий! От кого сведения пришли, кто послал, где деньги взяли — в общем, выкладывай все, что хотя бы слышала краем уха. Чего молчишь? Тебя, дуру, законный принц спрашивает!
— Она с нами разговаривать не желает — вышел вперед второй. — Вон, отворачивается… Увы, Ваше Высочество, как это ни прискорбно, но я буду вынужден применить к этой особе небольшое понукание… Ох, и как же я люблю развязывать языки таким упрямицам!.. Да, мой принц, только для небольшого уточнения: сколько ты дашь мне времени для того, чтоб очень нежно и убедительно разговорить эту бабу?
— Чем быстрее, тем лучше.
— А…
— Если будет долго ломаться, то для начала выбей ей один глаз. Будет выламываться дальше — забей ей его в глотку!
— Понятно. Все, как обычно… — шагнул ко мне тот. — Для начала послушаем, как она будет орать… Ох, нравится мне это дело! Ну, стервочка, какой глазик из двух пока еще имеющихся тебе первым выбивать будем? Стесняешься признаться? Бывает… А, положимся на волю проказницы-судьбы! Тебе понравится то, что сейчас произойдет…
Я по-прежнему молчала, прислонившись к решетке между прутьями. Со стороны, наверное, казалось, что женщина смертельно напугана. Недаром у жилистого мужика улыбка стала еще похабней. Еще один шаг — и рука в перчатке с шипами метнулась в мою сторону. Беда этого мерзавца в том, что я уже знала, что он сейчас намеревается сделать: вначале удар перчаткой в живот, затем добавить локтем по согнутой шее, и в довершение — врезать коленом по опущенному лицу, чтоб сломать нос…А уж что должно было произойти дальше — бр — р!… Богатая у тебя выдумка, парень, как я погляжу! Причем этих двух мерзавцев, похоже, нисколько не смущает, что все это будет на глазах людей, сидящих в соседних клетушках. Как видно, до подобных мелочей им нет никакого дела…
Одной мне с этим типом, может, и не правиться, да спасибо предку — подсказал, как надо действовать! Крутануться на ногах, мгновенно отклониться набок, чтоб кулак с железными шипами просвистел мимо, тут же, еще в воздухе, заломить и отвести в сторону эту его летящую руку так, чтоб сильный удар, предназначавшийся мне, пришелся в прутья решетки… И тут же, не дав времени жилистому протереть себе мозги и понять, что произошло, самой ударить его коленом между ног…У меня воображение куда проще, но можно придумать кое — что интересное и здесь! В тот краткий миг, когда он еще не до конца понял, что же такое случилось, но с рычаньем стал поднимать голову, я выхватила из кучи щепок заранее припрятанный там острый обломок деревяшки и с размаха воткнула его в глаз мужика. Ты, голубчик, настолько страстно мечтал оставить меня изуродованной и слепой, что я даю тебе возможность ощутить на собственной шкуре, какое невыразимое удовольствие я должна была получить!.. Что способен натворить с человеком острый обломок дерева — на это я насмотрелась еще в родном поселке…
Раздался животный рев подбитого зверя, и непонятно, чего в нем было больше: боли, бешенства, испуга или растерянности. Даже мне, подспудно ожидающей крика раненого человека, он полоснул по нервам, а что тогда говорить о его высокородном приятеле!.. От растерянности наглый хам окаменел на короткое время. А может, пока еще до конца не осознал того, что именно сейчас произошло на его глазах: в голове мутновато, да и, судя по всему, не привыкли мучители к отпору со стороны жертв… Ладно, хватит крика — надоел, да и орешь ты, мужик, на редкость визгливо…