— Спасибо, но я, пожалуй, свои надежды возложу на командора Квинна и лейтенанта Буккари, — откликнулась Доусон. — Если кто и вытянет нас из этого дерьма, то это только они.
— Лейтенант-то прищемила твой длинный костлявый хвост, — кольнул ее Фенстермахер.
— Она делала свое дело, а я свое, ты, тошнотик, — весело парировала Доусон. — Буккари знает, что делает. И может кричать на меня, когда только захочет.
— О'кей, ребята, — оборвала их Ли. — Закройте рты и хватит трепаться. Есть же инструкция, — она уныло вздохнула и обвела взглядом скромный интерьер спасательной шлюпки: они находились не так уж далеко от звезды, так что проблема энергоснабжения решалась без труда, и умирать от удушья придется не в темноте. Лесли сглотнула подступивший к горлу комок и попыталась сосредоточиться, но беспокойство снова захлестнуло ее. Чужаки! Они где-то рядом. Флот ушел, оставив корвет в беде. Ей было страшно.
Вспыхнул индикатор, зажужжал сигнал вызова. Лесли подключила шлем к коммуникационной системе и услышала голос мичмана Хадсона, пытающегося связаться с ней.
— Спасательная шлюпка-1, — отозвалась она, безуспешно борясь с волнением.
— Понял, первый. Они сгорели! — возбужденно прокричал Хадсон. — Мы их сделали… так что не волнуйтесь! Идем к вам. Какие проблемы?
— Никаких, сэр. Все о'кей. Сейчас как раз осматриваю раненых, — разговаривая, Ли пристегнула ремни; ей требовалось хоть что-то делать, лишь бы отвлечься от мрачных мыслей. Заметив, что все пассажиры спокойны и дышат нормально, она передвинула регулятор подачи кислорода на два деления вниз, что входило в круг ее прямых обязанностей. Кто знает, может именно этот сэкономленный запас воздуха пригодится в трудной ситуации?
— Как ребята? Я слышал, что Фенстермахер показал себя героем, — сказал Хадсон.
— Да, но и немного пострадал. К тому же беднягу стошнило, так что лежит сейчас в заляпанной пижаме, — тут только Лесли осознала, что их разговор слушают все, находящиеся в шлюпке. Она покраснела и обернулась к Фенстермахеру, тот поднял здоровую руку, показывая, что все в порядке.
— Прекратите! Вы же знаете инструкцию — двигаться и разговаривать без необходимости нельзя! Фенстермахер! Уберите руку, или я вас отключу! — скомандовала она. Фенстермахер подчинился, рука опустилась на живот, но по-прежнему поднятый палец должен был, вероятно, символизировать стремление раненого к более активному образу жизни. Кто-то рассмеялся, и Ли отключила кабинку помощника боцмана.
Хадсон продолжал.
— Через некоторое время я попытаюсь зацепиться за корму. Так будет безопаснее.
— Мистер Хадсон, флот ушел. Что мы будем делать? — спросила она.
— Не забегай вперед, Ли. Всему свой черед. Сначала мы пришвартуем вашу шлюпку, а уж потом будем думать, что делать дальше. Если это тебя утешит, мне тоже страшно. Держись.
— Да, сэр, — ответила Лесли, обретая уверенность. Сейчас их шлюпку возьмут на буксир, а она снимет с себя бремя ответственности. Ли отогнала посторонние мысли и сосредоточилась на том, что еще нужно сделать.
— Вышли на гиперсветовой режим, сэр. Адмирал… вы меня поняли? Положение стабильное, — доложил капитан Уэллс, старший офицер флагманского звездолета. — Сэр, вы хорошо себя чувствуете?
Адмирал флота Рунакрес облетел по периметру капитанский мостик. Даже в нулевой гравитации операторского пункта он ухитрился принять соответствующую его званию позу: тяжело опершись на поручень, адмирал широко расставил ноги и озабоченно склонил голову. Шлем скафандра скрывал выражение его лица, но Уэллс не сомневался — любой, кто осмелился бы заглянуть через визор, увидел бы нахмуренные брови и сурово выдвинутый подбородок. Вахтенный офицер «Эйр», тоже в защитном облачении, профессионально оценил обстановку и опустился «ниже», бросая на капитана встревоженные взгляды. Наконец Рунакрес медленно поднял голову и взглянул на дисплеи.
На сигнализационной панели все еще горели красные индикаторы, не позволяя забыть о тяжелом состоянии звездолета-носителя.
— Адмирал, нам нужно тщательно прочесать сектор «Гренландии», — сказал Уэллс. — Она исчезла — ни сигналов, ни связи: возможно, ушли на спасательных шлюпках.
— Все понятно, Франклин, — ответил Рунакрес, осторожно перемещаясь к тактическим консолям. Вахтенные — дежурный офицер и его помощник — сидели в своих подковообразных кабинках в нижней части мостика. Адмирал посмотрел вниз на панели с постоянно меняющимися данными.
— «Баффин» или «Новая» уже выходили на связь? — спросил Рунакрес.
— Нет, сэр, — ответила дежурная. Во время сражения несколько кораблей нарушали радиодисциплину и теперь продолжали делать то же самое уже в гиперпространстве. «Баффин» и «Новая», находившиеся в арьергарде, не участвовали в бою, а потому их капитаны благоразумно воздержались от радиоконтактов, чтобы не добавлять шума и не вносить сумятицу в ход переговоров. «Гренландия», шедшая в авангарде, оказалась единственным серьезно пострадавшим звездолетом.
