Погода переменилась: ветер дул с юга, температура слегка повысилась, и мутный свет зари едва пробивался сквозь угрюмые серые облака. Пошел снег, первые снежинки мягко опускались на землю, еще не отошедшую от ночного морозца. Через два-три часа снег усилился, заметая следы охотников. К полудню все вокруг уже белело, а видимость значительно ухудшилась. Колонна подтянулась, разведчики напряженно вглядывались в сплошную пелену, соединившую небо и землю: как бы не пропустить рыкунов.
Браппа брел, не поднимая головы, замечая перед собой лишь следы впереди идущего носильщика. Он уже не чувствовал боли, усталости, тяжести мешка с солью, превратившись в некий заведенный механизм, который поднимал ногу, переносил ее вперед и ставил на землю, прежде чем тело, лишившись опоры, успевало упасть. Как ни странно, он ни разу не споткнулся. Время от времени Браппа поднимал глаза, надеясь вдруг обнаружить, что скалы стали ближе, забывая о снегопаде. Он уже начал подумывать, что не дойдет, а умрет и останется лежать здесь.
— Ты заслуживаешь похвалы, мой друг Браппа, — пропыхтел идущий следом юный воин Кроот. — Наш вождь, Браан, может гордиться своим сыном.
— Благодарю тебя, мой друг Кроот, — ответил Браппа, — твои слова ободряют меня, но не растрачивай энергию попусту. Нам еще далеко.
— Ты, очевидно, хорошо себя чувствуешь, если еще способен говорить.
— Кроот, друг мой, замолчи!
— Очень хороший совет!
— Вы как, лейтенант? — спросил Макартур, замедлив шаг и немного поотстав. Лес поредел, рев далекой реки едва доносился. Буккари подняла глаза, стараясь не показать, как ей больно.
— Я о'кей, капрал, — пробормотала она и невольно вздохнула. Заметив, как обеспокоенно он нахмурился, Буккари улыбнулась. — Ничего, я справлюсь, — она прекрасно понимала, что самый трудный участок пути — наиболее крутой подъем — еще впереди.
— Вы настоящий матрос, лейтенант, — тихо сказал Макартур.
— Спасибо, — она отвернулась, улыбку сменила гримаса боли, но все же комплимент приятно согрел душу.
— Черт! Опять снег начинается! — воскликнул Джонс, бросая взгляд в потемневшее небо. Словно в подтверждение его слов, порыв ветра швырнул им в лица пригоршню сухого колючего снега, зашелестели иголки на деревьях.
— Хорошенькая пурга приближается, — заметил Макартур. — Давайте прибавим. Нам надо подняться, пока еще не намело. Иначе застрянем надолго.
— Еще далеко? — спросила Буккари.
— Не знаю, — ответил Макартур. — Но мы можем оказаться в весьма неприятном положении.
Они опустили головы, спрятав лица от ветра, и побрели вверх по склону.
Ураган бушевал вовсю, и Браан встал во главе колонны, пробираясь через снежные вихри. Мир сузился для него до неясной белой полусферы — всего несколько шагов в диаметре. Следом за ним брели носильщики, буквально разгребая сухую белую крупу. Вождь остановился, пытаясь определить свое местоположение. Долина находилась где-то впереди, рядом, но даже Браан не был уверен в себе.
Откуда-то издалека донесся слабый свист. Его поникшие плечи подняла надежда — поисковая группа! Браан изо всех сил засвистел в ответ. Сквозь завывание ветра послышались приглушенные крики. Еще один свист! Теперь вождь уже сориентировался и направился в нужную сторону. Из белой мглы выросли неясные фигуры. Охотники!
— С возвращением, о Браан, вождь охотников! — свистнул Куудор. Снег лежал на его плечах и спине. Рядом с ним, дрожа от возбуждения и холода, переминались два стража.
— Приветствую тебя, о Куудор! — прочирикал Браан. — Твое присутствие согревает наши сердца. Трудный поход, но успешный. Твои ученики оказались достойны учителя. Все показали себя отлично и возвратились воинами. Удача сопутствовала нам во всем, кроме одного: мы потеряли верного воина. Храбрый Тинн из клана Ботто ушел к своим предкам.
Куудор опустил глаза и вздохнул. Чего было больше в этом вздохе — радости от возвращения соплеменников или горести от утраты друга? Куудор повернулся к одному из стражей и приказал побыстрее возвращаться домой с радостным известием — старейшие ждут.
— Стражи ждут вас, — сказал Куудор. — Теперь ваша ноша станет нашей. Пошли.
Он шагнул вперед, протянул Браану накидку из шкуры рыкуна и снял с его плеч тяжелый мешок с солью. Браан облегченно вздохнул и набросил накидку на кровоточащие плечи. Вождь свистнул, и колонна двинулась дальше. Впереди их уже ждали, и когда носильщики подошли к следующему посту, еще один страж взял у одного из охотников мешок и занял его место. И снова в путь, до следующего живого маяка. Носильщики, снимая с себя тяжкое бремя, словно рождались заново. Они миновали долину, перешли реку по скользкому оледенелому мосту. Впереди еще был крутой подъем, но теперь их силы и энергия удвоились.
Лес кончился совершенно внезапно. Группа вышла на опушку, впереди начинался крутой подъем. Макартур остановился и оценивающе оглядел склон.
— Что смотришь? — спросила Буккари. — Ведь нам все равно придется подниматься.
— Не знаю, — ответил Макартур, поворачиваясь к ней. — Мы можем забраться наверх и оказаться в тупике.
— И что ты предлагаешь?
