Последняя фраза прозвучала как угроза и меня снова охватила паника. Пока он вновь разговаривал на арабском с остальными, я пыталась вспомнить как нужно дышать, поскольку меньше всего хотела снова оказаться с ним тет-а-тет. Но отсрочка не могла длиться вечно. И пришло время встретиться лицом к лицу со своим самым страшным кошмаром.
Перед тем как покинуть сад он еще раз бросил многозначительный взгляд в мою сторону, не оставляя сомнений — встреча состоится сегодня.
И обещание в голосе и взгляде Хаммада, как выяснилось позже — не показалось мне. По возвращению в комнату, меня навестила женщина в черном. Сегодня она принесла комплект одежды небесно голубого цвета и белое кружевное белье. Инструкции остались прежними: принять душ, нанести на тело ароматическое масло и дожидаться стука в дверь.
Стоя во второй раз перед спальней человека купившего меня как скот, не чувствовала ног от волнения. Перешагивая порог его комнаты, казалось, будто падаю в кроличью нору. Полет оказался таким стремительным, что у меня не столько захватило дух, сколько скрутило живот. Головой я понимала для чего пришла, но всем существом противилась этому. Что бы не говорили девушки из гарема, я не могла воспринимать его как спасителя, благодетеля или же просто как мужчину. Ни рассказы девушек о его достоинствах, ни их косые взгляды после визита господина в женский дворик сегодня, ничто не могло изменить отношения к нему. Для меня он оставался чудовищем, преступником, похотливым животным.
Войдя в комнату, я замерла у двери. Хаммад сидел на диване за ноутбуком. Стоило его увидеть, как засосало под ложечкой, а под ребрами образовалась пропасть.
— Проходи, Ануд. Присаживайся, — пригласил он, не отнимая глаз от экрана лэптопа.
Присела на противоположный конец дивана, прислушиваясь к стуку нажимаемых клавиш и молилась о том, чтобы он никогда не прекращался. Мне нравился этот звук, ведь он означал свободу от вынужденного общения. Я бы предпочла сделать вид, словно нахожусь в комнате одна, но присутствие мужчины, ощущалось всем существом. Он пропитал собой все пространство. Его энергетика давила на меня, заставляя время от времени поглядывать в сторону своего носителя. Сосредоточенное выражение лица Хаммада по ошибке могло создать впечатление будто он забыл о моем присутствии, но я понимала его обманчивость. Такие как господин всегда все держат под контролем и мне не следует рядом с ним терять бдительности.
Продолжая сидеть в тишине, я немного расслабилась. Его занятость стала своего рода облегчением. Больше всего меня страшила возможность того, что он с порога потребует от меня плотских утех. А так оставалась вероятность обойтись светской беседой. Дожидаясь какой-то смены действий, рассматривала светлую комнату. Если бы не стрельчатые арки и колонны, а так же традиционный узор ниш, то дизайн комнаты вполне сошел бы за европейский. А эти характерные детали, придавали ему несравненный восточный колорит. — Нравится? — вздрогнула, услышав его голос.
Погрузившись в исследование интерьера, не заметила как стих стук клавиш.
— Да, очень современно и в то же время прослеживается традиционность, — посмотрела на него, стараясь не демонстрировать волнение.
— Согласен, дизайнер смог добиться необходимого результата, — он откинулся назад, положив руки на спинку дивана, пристально смотря на меня.
— Уверена, что ты от любого способен получить желаемое, — выдержала его пронизывающий взгляд, внутренне съеживаясь от чувства обнаженности. Будто меня раздели до костей и теперь нет ничего тайного от этого человека.
— Верно, — улыбнулся он, обнажая белоснежные зубы. — И, как ты думаешь, что мне нужно сейчас?
— Продемонстрировать свое превосходство, — я осторожничала. Боялась назвать вещи своими именами, тем самым запустить спусковой механизм. Ведь стоит перешагнуть черту и назад дорога будет закрыта.
— И только? — вопросительно приподнял бровь, хищно смотря мне в глаза.
Он заставлял меня краснеть, испытывать меня на прочность. Я выдержала какое-то время его внимание, а затем посмотрела в сторону, тем самым вызвав у него ухмылку.
— Разве доставляет тебе что-то еще большее удовольствие чем унижение слабых? — знала, что он в любом случае заставит отвечать на свои вопросы.
— Хм, унижать можно по-разному, — довольно проговорил он.
— И какой твой любимый способ?
— Зависит от настроения, — приподнял со спинки дивана ладони и снова опустил на место.
— И какое оно сегодня? Твое настроение? — с презрением взглянула в его колючие, насмешливые глаза, дожидаясь ответа.
— Игривое, — продолжил ухмыляться.
— Что это значит? — хотелось прекратить игры в «кошки-мышки» и получить конкретные ответы.
— А это значит, что сегодня я хочу получить как можно больше удовольствия.
— Тогда тебе следовало позвать одну из своих женщин в гареме. Они готовы на все, лишь бы угодить тебе.
— Верно, — криво усмехнулся. — Одна из них здесь.
— Я не такая как они, — внутри закипала ярость.
— Не такая, точно, — словно издевался надо мной.
— Не умею как они пресмыкаться. А тебе нужно беспрекословное подчинение.
