Эта квартира понравилась Катерине с первого взгляда. Большие комнаты, высокие потолки с лепниной, вид из окна в тихий двор… Настоящая старина – дом купца Щетникова был построен сто пятьдесят лет назад. После войны здесь располагались огромные коммуналки, но их давно расселили, и теперь это элитное жилье. Уговорив мужа сразу оформить сделку, Катерина с энтузиазмом занялась ремонтом. Но вскоре произошло невероятное – во время работы погибло сразу трое рабочих! Ни аварии, ни несчастного случая, просто сердечный приступ – у всех троих одновременно. Катерина не могла поверить в такое совпадение! С помощью старушки соседки она погрузилась в давнюю историю странной квартиры. И вскоре поняла: рабочие погибли вовсе не случайно, а ее саму ждет еще немало неприятных открытий…
© Князева А., 2015
© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2015
В дверь постучали. Одновременно с этим в квартире снизу раздался грохот, как будто упало что-то тяжелое. Лежавший на диване старик вскочил, подбежал к двери и, прижавшись к ней ухом, грозно спросил:
– Фамилия?!
Из-за двери послышался голос:
– Рябинин Яков Иванович, ваш участковый.
– Наш участковый – Карамышев! – крикнул старик, уверенный в том, что разоблачил злоумышленника.
– Его перевели. – сообщил строгий голос. – Теперь я ваш участковый. Мне нужен Зоткин Антон Максимович.
Старик спросил дрогнувшим голосом:
– Зачем?
– Заявление на соседей писали?
– Писал! – Зоткин молниеносно открыл дверь.
В прихожую шагнул грузный немолодой офицер в звании лейтенанта полиции. Старик включил свет. Участковый раскрыл папку и вытащил из нее листок, исписанный убористым почерком.
– Ваше творчество?
– Насмешки строите? – ощетинился Зоткин.
– Реагирую на поступивший сигнал. – Участковый вернул документ в папку, после чего сунул ее под мышку, снял фуражку и вытер платком лоб. – Жара…
– Долго же вы собирались, – заметил старик.
– Я на вашем участке – только второй день. – Рябинин безрадостно улыбнулся. – Думаете, вы один жалобы пишете?
– Я свою жалобу написал третьего дня. Если бы вы отреагировали раньше, мы бы смогли пресечь.
– Пресечь что? – не понял Яков Иванович.
– Разгром помещений.
– Граждане производят ремонт в собственной квартире. Что именно вы хотите пресечь?
Зоткин ринулся к стене и ткнул пальцем в замшелую трещину.
– Вот!
– Намекаете на незаконную перепланировку?
– Именно! От их ремонта весь дом превратился в руины.
– Не нужно утрировать. Ваш дом сто пятьдесят лет простоял и еще столько же простоит. – Участковый надел фуражку и вышел на лестничную площадку. – Идемте!
– Куда? – спросил Зоткин.
– К вашим соседям.
– Зачем?
– Будем проверять законность производимых работ.
Судя по скорости, с которой Зоткин выскочил из квартиры, фраза ему очень понравилась.
Они спустились на второй этаж и подошли к старинной крашеной двери.
Прислушавшись, участковый сказал:
– Тихо…
– Только что грохотали.
Рябинин вежливо постучал. Выждав минуту, он отступился.
– Нет никого.
– Говорю вам: десять минут назад там грохотали. Днем, покуда работают, здесь не заперто… – Зоткин толкнул дверь, и она распахнулась.
В коридоре, как и во всей квартире, по-прежнему было тихо.
– Есть кто-нибудь?! – крикнул Рябинин, но ему никто не ответил.
Предупреждая неизбежный вопрос, старик поспешил сообщить:
– Рабочие никуда не уходят, обедают здесь.
Потоптавшись, участковый двинулся в глубь квартиры. Зоткин – за ним. Каждый их шаг сопровождался хрустом спрессованной пыли и ремонтного мусора.
Рябинин зло проворчал:
– Стены на месте. Следов перепланировки не вижу.
– Ломают. – Старик семенил рядом. – Я слышал – точно ломают.
Наконец они дошли до открытой двери, из которой, искрясь в солнечном свете, летела невесомая пыль.
Рябинин прошел дальше по коридору, а Зоткин сунулся в комнату.
– Идите сюда!
Рябинин обернулся:
– Что там?
– Идите, я вам говорю!
Участковый вбежал в комнату, едва не сбив с ног старика.
Паркетные полы в помещении были взломаны и свалены в дальнем углу. В провалах между лагами на почерневшей трухе лежали тела трех мужчин в запыленных спецовках. Голова одного была в крови. Двое других скрючились в неестественных позах.
– Как же так?.. – Старик прошел между лагами и схватился за сердце. – Я слышал… Они только что здесь работали.
Яков Иванович зашагал по упругим залежам мусора. Под ботинком захрустело стекло. Осмотрев тела, он достал телефон:
– Дежурный? Участковый Рябинин. Срочно присылайте наряд. Здесь – три трупа. – Назвав адрес, он посмотрел на Зоткина, распахнул настежь окно и сказал в трубку: – «Скорую» вызови.
Красивая рыжеволосая женщина свернула с улицы и вошла через приземистую арку в замкнутый двор. Повела взглядом по окнам и остановила его на подъездной двери, возле которой стоял человек в строгом костюме.
Склонив голову, он категорично спросил:
– Катерина Ильинична?
– Здравствуйте. – Женщина протянула руку.
Ответив рукопожатием, он молча взглянул на часы.
– Простите за опоздание, – извинилась она. – Я не знаю Москвы.
– Ну, что ж… Пойдемте? – Мужчина открыл дверь, впустил ее в подъезд и тоже вошел.
У лестницы она обернулась:
– Этаж второй?
– Второй. Если вы успели заметить, всего этажей – три. Здание построено в тысяча восемьсот шестьдесят третьем году купцом Щетниковым. На первом этаже располагалась антикварная лавка. Семья жила наверху. После его смерти дом купила вдова статского советника Никуличева, чтобы сдавать его в наем. С тех пор он стал многоквартирным жилым домом. В советские времена на всех этажах были огромные коммуналки. – Поднимаясь за ней по лестнице, он спросил: – Насколько я понял, вы не москвичка?
– Я из Новосибирска.
– Решили поменять место жительства?
– Муж получил должность, пришлось переехать.
– Уверен, квартира вам подойдет. В комнатах с окнами во двор можно устроить спальню и детские.
