– В Жуковке у Сапеги. – Катерина расстегнула замок молнии и стащила с себя юбку.
– С чего это вдруг? – в его голосе прозвучали мягкие интонации.
– Она устраивала спиритический сеанс.
– Это когда стол ножкой стучит? Как в «Фантомасе»?
Катерина повесила одежду на стул и нырнула под одеяло.
– Когда стучит, это «столоверчение». Спиритизм – общение с духами.
– И как все прошло?
– Нормально.
– Вы с Сапегой нашли общий язык?
– Нашли.
Герман отвернулся, но потом снова спросил:
– И вы до двух часов с духами говорили?
– До двенадцати. Потом пришлось вызвать «Скорую».
– Надеюсь, не тебе?
– Ты меня знаешь. Я не впечатлительная. Одна девушка потеряла сознание. Полчаса пролежала, как мертвая. Все испугались.
– Что за девушка?
– Племянница Балашова.
Герман перевернулся, чтобы видеть жену.
– А у него есть племянница?
– Есть.
– Кто еще там был?
– Отец Люсьены Сапеги. – Катерина покосилась на Германа. – А у нее есть отец. Все зовут его Додик. Живенький такой старичок, неуживчивый, как и его дочь. Сапегу, кстати, дух обозвал сукой.
– Это он в точку. Чей дух?
– Калиостро. И еще пожелал сдохнуть.
– Радикально.
– Я тоже задавала ему вопрос.
Трубников усмехнулся.
– Неужели и ты веришь в подобную ерунду?
– Просто спросила.
– О чем?
– Спросила: кто убил тех рабочих.
– Господи, как мне надоела эта история! – Герман резко отвернулся. Потом, не оборачиваясь, спросил: – И что сказал Калиостро?
– Он сказал: их убило время.
– Что это значит?
– Не знаю.
Герман протянул руку и выключил ночник.
– Теперь давай спать.
Дверь в квартиру Трубниковых была распахнута настежь. На площадке Катерина столкнулась с двумя рабочими, которые тащили носилки.
– Мусор выносим, – сказал один из них и спросил: – Машина внизу стоит?
– Да, грузовик…
Из двери вышел прораб Исаев.
– Ноги не переломайте. В комнатах нет полов. Лучше идемте на кухню.
В коридоре часть полов тоже сняли. По оставшемуся паркету и лагам они пробрались в кухню.
Олег Исаев подошел к снятой с петель двери, которая стояла у стенки.
– Хочу показать кое-что интересное…
– Что такое? – насторожилась Катерина. Теперь она постоянно ожидала подвоха.
– Смотрите! – прораб ткнул пальцем в круглое отверстие с разбитой стекляшкой.
Она подошла ближе и пригляделась.
– Глазок?
– Филенка с обеих сторон была зашита фанерой. При демонтаже один лист отвалился, под ним оказался глазок.
– Дверь из комнаты? – спросила Катерина.
– Как видите, не входная.
– Зачем же глазок?
Прораб молча развел руками.
– А в остальных дверях были глазки?
– Ради любопытства проверил. Были, но не во всех.
– Где остальные? – Катерина решительно обернулась.
– Их увезли. Эту я оставил, чтобы вам показать.
Услышав нарастающий вой, Катерина застыла с гримасой отчаяния.
– Труба запела, – удрученно заметил прораб. – Ума не приложу, что с ней делать. Такое бывает, когда трубы чистят под вытяжку. Кто-то из соседей по вашему стояку делал ремонт. Одно хорошо – теперь и вам обеспечена хорошая тяга.
Вой в трубе перешел на более высокую ноту и стал похож на страдающий женский голос.
– Что же это такое… – Катерина в отчаянии закинула голову. – Душу из груди вынимает.
– Завтра вызову специалиста. Попробуем что-нибудь сделать.
– Как думаете, для чего в дверь вставлен глазок? Я жила в коммунальной квартире. У нас ни у кого глазков не было.
– Готов поспорить: засовов со стороны коридора вы тоже не видели.
– Это точно, – подтвердила она. – Послушайте… Хочу вас кое о чем попросить. Идемте со мной…
Прораб Исаев пришел за ней в бывшую комнату Глезеров. Оглядевшись, заметил:
– А здесь не закончили с полом.
– Так даже лучше, – сказала Катерина, подошла к выступу и похлопала рукой по стене. – Это нужно сломать.
– Зачем? – прораб немного напрягся. – Прежде чем ломать, нужно проверить документацию. Может быть, там коммуникации или воздуховод, или несущая конструкция расположена.
– За этой стеной печка, – с уверенностью сообщила Катерина.
– Откуда вы знаете?
– Видела фотографии.
Исаев застыл в нерешительности, потом сдержано проронил:
– Без архитектора не могу.
Катерина с вызовом протянула руку:
– Дайте молоток! Сама все сломаю!
Прораб ошеломленно уставился на нее, потом достал из спецовки листок бумаги и ручку:
– Пишите расписку.
Она забрала у него бумагу и ручку.
– Что нужно писать?
– Что вы берете на себя ответственность за слом стены в помещении номер три. – В ответ на ее удивленный взгляд, Исаев пояснил: – Номер комнаты по спецификации помещений.
Катерина написала несколько строк и размашисто расписалась. Проверив текст, Исаев кликнул рабочих. Распорядившись, что нужно делать, посоветовал Катерине:
– Вам лучше выйти. Здесь будет пыльно…
Катерина вышла в коридор, а затем и вовсе из квартиры. На лестничной площадке ей встретился участковый.
– Здравствуйте, Яков Иванович! Есть что-то новое?
Рябинин остановился.
– Здравствуйте! Имеете в виду смерть рабочих? – он покачал головой. – Нет, ничего.
– Я надеялась, что следствие продолжается.
– Так ведь расследовать нечего… – Рябинин переложил папку из одной руки в другую. – Вы бы сами позвонили Кирпичникову.
– Нет, спасибо, что-то не хочется.
– Он вам не понравился?
