— Нет — покачала я головой. — Далеко не сразу. И потом: понять, что тут поставлены некие охранные заклинания, может не каждый, а лишь тот, кто прошел некий этап обучения… Знаешь, та скотина Канн-Хисс Д'Рейурр (чтоб его!) был очень знающим человеком, и, надо признать, учился многому, в том числе и тому, как отыскивать подобные штуки… А то колдовство, что наведено здесь — это мог сделать только очень сильный маг. По силе он должен быть равным тем, кто входит в конклав, если не сильней. Естественно, что никто из тех крайне уважаемых людей не полезет в какие-то каменоломни, чтоб разобраться с некими голосами, что тревожат работающих под землей невольников. В конце концов, не их высокого ума это грязное занятие, а с возникающими на каменоломне неприятностям и задачами, пусть разбираются местные колдуны — это дело как раз для них. Здесь же приложил свою руку маг самого высокого ранга, и оттого даже знающим колдунам из тех, кто решился спуститься сюда, не могло придти в голову, что в простой каменоломне может быть установлена такая сложная система маскировки. Просто она сейчас чуть ослабла с годами. Все считали, что людей тревожат подземные призраки, особенно если учесть, что неподалеку отсюда хоронят умерших рабов. Вернее, их не хоронят, а тела просто скидывают в расщелину со скалы. Получается, что это или подземные призраки, или неприкаянные души…
— А ты почему так не считала?
— А я, дорогой, тот урод, в которого непонятно для чего заложили то дерьмо, от которого мне бы очень хотелось избавиться раз и навсегда, да вот только, боюсь, это невозможно… — сама не знаю, отчего в моем голосе появились слезы.
— Лиа, не стоит… — чуть обнял меня за плечи Кисс.
— Знаю, что не стоит… — я, повернувшись к Киссу, тоже неожиданно для себя обняла его — Но иногда на душе становится так тошно, что хочется зареветь во весь голос!
— Понимаю тебя. Иногда самому становится так плохо, что хоть волком вой, но жить все одно надо…
— Кисс, как хорошо, что ты рядом…
— Зато я не могу сказать подобного о тебе. Ты, радость несказанная, мне уже всю плешь проела. Видишь этот сивый клок на моей многострадальной голове? Должен сказать, что до встречи с тобой мои волосы были другого цвета, куда более естественного и привлекательного. Ох, боюсь, это только начало! Как бы мне подле тебя не облысеть начисто…
— Кисс, — вздохнула я, — Кисс, ну какая же ты все-таки зараза!..
И вот так, обнявшись, мы с Киссом стояли до тех пор, пока до нашего слуха не донеслись голоса и звуки шагов. Наши идут… Но, оказывается, это так хорошо и так спокойно — просто стоять вдвоем… Просто стоять, ощущая рядом тепло другого человека, не думать ни о чем, и чувствовать, что мы одни в этом мире. Пусть и ненадолго…
Увы, но чужие голоса вновь вернули нас в этот мир.
— Сюда идут… — прошептал Кисс.
— Да…
— Дорогая моя рептилия, — Кисс все еще обнимал меня, — ты намерена от меня отцепиться, или нет? Или по-прежнему намереваешься держать меня в своих кольцах?
— Кисс, ну сколько мне раз еще надо повторить, что ты — редкая зараза? — зашипела я Киссу в ухо не хуже змеи.
— Значит, — фыркнул Кисс, — значит, отставать от меня ты не собираешься? Зараза, как я слышал, пристает к человеку надолго. А бывает, и навсегда.
— Как же иногда мне хочется прибить тебя! — потерлась я щекой о шею Кисса.
— Ну, радость моя, я и сам себе, бывает, очень нравлюсь!
— Вот наказание на мою шею!
— Тронут, душевно тронут… А, вон и наши идут, так что быстро отцепляйся от меня, о плющ моего сердца, а не то осколки твоей и без того разбитой репутации будут окончательно растерты в пыль…
— Кисс, ты точно — редкая зараза… — я с неохотой шагнула в сторону. — И что я в тебе нашла?
— Вот и подумай об этом на досуге…
Посмотрев на подошедших, я поняла, до какой же степени измотаны эти люди. Всем нужен отдых… Но делать нечего, надо выбираться отсюда, а жалость следует отложить на потом.
— Лия, в чем дело? — это Варин. Она вместе с Гайлиндером подошла к нам. Мне бы не хотелось говорить в присутствии Гайлиндера о том, что я узнала, но выбирать не приходилось. Очень коротко, буквально в нескольких словах, я рассказала ей о том, что выяснила у Койена.
— Хорошо, — кивнула Варин. — Действуй, я не возражаю, тем более, что иного выхода у нас нет.
— Значит, так — как можно бодрее заявила я, обернувшись к остальным. — Сейчас от каждого из вас потребуется немногое: быстро выполнять то, что я скажу — и ничего больше. Времени у нас с вами будет — всего ничего, может, пару минут, а если повезет, то и пяток, но уж никак не более. Задача одна: когда в стене туннеля появится проход, все идем туда, не толкаясь, друг за другом, ни на что постороннее не отвлекаясь, и не останавливаясь. Возможно, там довольно узко, так что надо быть готовым к тому, что пробираться будет даже сложнее, чем в подземных выработках…
— И куда же нам надо идти? — вновь заворчал мужчина с недовольным голосом. — Я что-то ничего не вижу…