От слов Янара что-то сжимает в груди, сосет под ложечкой. Сдавливает тугими нитями беспокойства, раздражая сознание наваливающимся страхом. Что именно разозлило Дана? Он из-за меня…
Нет.
Нет, я ничего не сделала. Встряхиваю головой, прячу пылающие щеки за волосами. Он не должен злиться, нужно поговорить. Задобрить, попытаться выстроить доверие между нами.
Иначе я навсегда останусь здесь.
– Кора, - Дан не повышает голос, даже не рявкает. Но меня прошибает одними нотками, скрытым гневом. Чувствую эмоции мужчины, к земле прижимает. – В дом. Янар, скройся с моих глаз.
– Но…
– В дом.
Сглатываю вязкую слюну, в горле ком. Медленно плетусь к двери, оглядываюсь на Дана, пытаясь понять причину его злости. Но мужчина хладнокровен, даже не смотрит на меня. И это только хуже. Лучше бы шутил или рычал. А не так… Корочкой льда покрывался, ранил, обжигал меня.
Вскрикиваю, когда чувствую хватку Дана. Стоит оказаться в доме, как он толкает меня к стене. Прижимает собой, вдавливает. Его мышцы напряжены, сплошной камень. А глаза – сплошная темнота. Две черные дыры, которые вытягивают их меня всё сопротивление.
– Дан…
– Молчи, - рычит, так сильно, что меня подгибает. Если бы не Дан, упала бы вниз. – Молчи, Кора, пока не сделала хуже.
– Хуже? Я… Мне жаль, я так больше не поступлю.
Слова вылетают сами по себе, до того, как я успеваю осознать. Просто говорю, чтобы Альфа поверил, смягчился. Перестал был хищником, а стал… Другим.
– Не поступишь, - кивает, сжимает пальцами мой подбородок. – Конечно. Больше с другими мужиками ты гулять не будешь.
– Что? Это не…
– Ты была с другим. А ты – моя…
– Альфа Даниил!
– В этот раз не сработает, малышка. В этот раз я доведу дело до конца.
Вжимаю пальцы в плечи мужчины, когда он резко поднимает меня в воздух. Обхватываю его торс, а сердце бешено колотится где-то в горле. Выстукивает, разгоняет панику по венам. Я не понимаю, что происходит. Дан как с цепи сорвался, сумасшедший.
Поднимается на второй этаж, делает вид, что я вообще ничего не вешу. Нет меня рядом, только вот ладони мужчины слишком сильно сжимают мои ягодицы. Заставляют поджаться, прикусить губу, чтобы не реагировать на покалывания под кожей.
– Дан! – не выдерживаю минуту молчания, когда оборотень укладывает меня на кровать. – Хватит! Что ты творишь?
– Я? Я собираюсь закрепить наш брак, малышка, - шепчет, а его пальцы подбираются под мою кофту. Гладят живот, вызывают взрывы внутри. Волны тепла, которые пульсируют от прикосновений. – Брачная ночь, метка. Ты и я. Сегодня, Кора, ты станешь моей окончательной. И никуда не сбежишь.
Взгляд, поведение Дана подсказывает – вожак не врет.
Все случится сегодня, сейчас. Никаких больше игр, никакой пощады.
Я принадлежу оборотню, и он получит своё.
Прикосновения Дана мешают думать. Словно разрезают меня, горячим лезвием орудуют под кожей. Я задыхаюсь, перед глазами всё размывается. Только лицо мужчины остается в фокусе.
Серьезное, внимательное. Даже черты лица заостряются, превращаются в гранит. Ни одного сомнения, что именно сейчас это произойдет. А я не смогу помешать.
– Альфа…
Зову его, как в бреду. Не знаю, что мне нужно сделать. Сказать. Как задобрить, угомонить вожака, который вышел из себя. Я знаю, понимаю, что он не ударит меня. Не причинит той боли, которой нас пугали дома.
Но то, чего хочет Дан, намного сильнее пугает. Близость, которой не должно произойти. Стать его… Я не готова, не хочу, не смогу быть женой монстра.
Пусть этот монстр так сладко, настойчиво целует. Вызывает ураган внутри, смерчи и разрушения. Прикусывает мою губу, клыком раздирает, а я стонами захлебываюсь.
Сошла с ума.
Двинулась, если получаю удовольствие. Странное извращенное удовольствие от того, как мужчина рвет на мне одежду. Царапает ногтями кожу под ребрами, а у меня всё сжимается. От желания, от электричества в сердце, которое требует больше.
– Вот так, малышка.
Мне кажется, что он почти мурчит, пока говорит. Изучает ладонями моё тело. Тщательно, долго, хотя мне кажется, что всё за секунду происходит. Поцелуй, а после дыхание на шее. Жжения от острых поцелуев, сладостное давление внизу живота.
Мне разрывает на частички от противоречий. А я касаюсь лица мужчины, его волосы. Отвечаю, сама себя на плаху веду. На казнь, после которой вся моя жизнь закончится.
Мне нужно остановиться.
Мне нужно сбежать от Дана.
Противостоять до последнего.
Сдаться.
Уговорить, чтобы мужчина не продолжал.
Молчать, только стонами наслаждения своё состояние показывать.
Всё смешивается, пеплом во рту оседает. Меня к такому не готовили. Никто не рассказывал, как нужно себя вести в таких ситуациях. Когда голодный, разозленный оборотень прижимает к кровати. Когда между ног упирается его член, а тонкая ткань белья не спасает.
– Смотри на меня, - Дан рычит, когда я пытаюсь прикрыть глаза. – Не смей отворачиваться. Смотри и запоминай, кому ты принадлежишь.
– Хватит.
