Оказавшись в обществе молодёжи и детей, Анжелика почувствовала себя комфортнее. Из всех, проживающих в доме, лишь одна женщина, невестка Сагола, была взрослой. Эта женщина, которую звали Пега, и воспитывала пятерых своих детей и троих племянников-сирот, все они приходились Саголу родными внуками.
Дети от двух до пятнадцати лет с любопытством уставились на незнакомку. Всё в этой девушке поразило их необычайно, начиная от её высокого роста, цвета волос и глаз и включая диковинную небывало яркую одежду. Анжелике это молодое поколение рода Сагола показалось не менее удивительным. Восемь пар черных внимательных и настороженных глаз с любопытством глядящих на неё, напомнили девушке глаза каких-то настороженных зверьков.
Одна только Пега, хозяйка очага и невестка Сагола, не проявила ни малейшего любопытства по отношению к девушке. Она ничему не удивлялась, раз сказали, что новую шаманку в их племя прислали Боги, значит так и надо. Если она выглядит необычно и не похожа на людей из племени, ну так что же тут удивляться, в жизни чего только не бывает.
Всё семейство сидело вокруг очага в ожидании трапезы. Рыбу выложили на кусок бересты, затем Сагол отрезал самый лучший кусочек от самой крупной рыбины, раздул тлеющий костерок и, когда появился огонь, предал это угощение огню. Самое вкусное, по обычаю, всегда поглощал огонь, который добывали с большим трудом и который надо ещё постараться задобрить.
Другой лакомый кусок поднесли Анжелике, он лежал на куске бересты, ни вилки, ни ложки не было. Когда все члены этого необычного семейства получили куски рыбы, кто меньше, кто больше, все начали жадно есть прямо руками. Анжелика последовала их примеру, что еще ей оставалось делать.
После еды вымыли руки на улице, поливая друг другу из керамического сосуда, грубого и неровного, как будто его делал неумелый ребёнок на мастер-классе по керамике.
Анжелике постелили шкуру в самом уютном углу, подальше от двери. Подушки не было, и девочка свернулась клубком на любезно предоставленном ей лежбище. Она чувствовала себя бродячей собачонкой, которая по глупости убежала от хозяев и которую подобрали чужие люди. Когда же домой, и удастся ли вернуться. Анжелика едва сдерживала подступавшие к горлу рыдания.
Хорошо ещё, что Анжелика не знала: в этом мире у неё уже появился враг, беспощадный и жестокий, как и сама жизнь в Бронзовом веке.
Он был безобразен с самого рождения, недаром родители назвали его Чать, «колотушка», чему виной была большая голова этого ребёнка. Но для него большая голова стала залогом успеха в непростой таёжной жизни. Из-за малого роста он не мог быть воином, охотник тоже из него получился не очень удачливый. Чать был осторожным и никогда не лез на рожон, при первой опасности всегда убегал, раз и навсегда решив, что лучше голодать, чем погибнуть в тисках медвежьих лап. Семью он был не в состоянии прокормить, поэтому и не женился. Да и зачем ему семья, главное, выжить любой ценой и стать со временем старейшиной племени. Тогда он получит все причитающиеся почести.
Но с недавнего времени запала в его большую уродливую голову навязчивая мысль – стать шаманом. Старости долго ждать, а сытой жизни, почестей и людей в услужении ему хотелось получить уже сейчас. Ведь шаман в их племени, уже древний старик, недолго протянет. Вот только как обойти очередность: шаманство ведь передается от деда к внуку.
Но и здесь не видел Чать преград: внуки Старого Шамана погибли, кто на охоте, кого пронзила вражеская стрела. Остался только Пытыныл, самый младший и последний отпрыск этого рода, о чём и говорило его имя, «дно гнезда». Шаман как будто чувствовал опасность, грозящую младшему внуку, поэтому и отдал мальчика на воспитание в другую семью. Никто не знал, в какую семью, а мальчиков с именем Пытыныл в племени было много, кто же из них внук Старого Шамана?
Мысль о том, что и он, Чать, может стать шаманом, пришла ему на ум после того, как шаманкой неожиданно стала чужеземка Тондра. Нарушились все законы этого мира, значит и Чать вполне может стать шаманом племени. Если Боги не примут его в свой Верхний мир, он может придумывать за них советы и диктовать свою волю племени, удивительно, как еще до него никто до этого не додумался, до чего же глупы его соплеменники.
Всю ночь ворочался Чать на земляном полу своего маленького дома, и под утро придумал коварный и простой, как любое злодеяние, план. Надо убить эту девчонку Тондру, его соперницу, любой ценой занять её место на Горе Предков.
Тем временем забрезжило утро, семейство Сагола начало просыпаться. Дети заворочались на своих подстилках, зевали, потягивались, тут же шутили, строили смешные мордочки, кого-то изображая, смеялись. Все с радостью готовились встретить новый день.
Только Анжелика сидела на звериной шкуре мрачнее тучи. Всё ясно: о мыле, зубной пасте и прочих достижений цивилизации здесь никто не знает. Что ей дальше делать, за ночь девочка так ничего и не придумала.
