— Но в этом случае Дин умер бы, и я не спасла бы с помощью Кая его сестру, — задумчиво отметила я. — И Микаэль до конца своих дней был бы простым управляющим. И тебя бы убили! Ведь я бы не вспоминала о тебе тогда, когда думала о нижнем белье, которое ты подарил, и ты бы не остановился, и та стрела попала бы в тебя! Так что нет. я всё-таки не жалею о том, как всё случилось в итоге. Теперь мне осталось разобраться в себе, и всё будет отлично. А когда ты сможешь убрать с меня привязку — всё станет вообще замечательно! — подвела я итог, понимая, что все мои хаотичные мысли и чувства потихоньку начинают обретать ясность.
Надо просто принять как данность, что всё, что происходит — к лучшему. И надо больше времени уделять мужу, постараться стать для него примерной женой. Такой, какую он заслуживает. И загнать свои чувства к Роксинанту как можно глубже, постараться поменьше думать о нём. Простить себя за то, что я испытываю любовь к двум мужчинам одновременно. И огромное обожание, и вожделение — к третьему. И вообще, правильно Теодор сказал, что главное — это здоровье. Всё остальное приложится и устаканится. Со временем…
— Рад, что смог помочь, — с улыбкой прочитал все мои мысли Лисантиил. — Но в одном ты всё же ошибаешься. У тебя не получится не думать о Нанте: вы с ним одно целое. Ты — это он, а он — это ты. Просто смирись с этим, — дал совет мой друг.
— Легко сказать, — мрачно усмехнулась я.
— Он ТВОЙ, Лекси. От макушки и до пяточек. Твоя истинная пара, твоя судьба. Тебе уже говорили, что он умрёт без тебя. Это правда. Но ты ещё не поняла, что тоже не выживешь без него: зачахнешь от тоски и депрессии, которую попытаешься заглушить таблетками, алкоголем или наркотиками. Но никакая химическая дрянь не поможет исцелить испепелённую часть души. Без него ты долго не протянешь. Теперь, когда ты знаешь, кто он, когда ты его увидела, услышала голос, ощутила его прикосновение, почувствовала запах — для тебя уже назад дороги нет. Ты нуждаешься в нём не меньше, чем он в тебе, — мягко пояснил император.
— И что ты мне предлагаешь? — от осознания безвыходности ситуации я спрятала лицо в ладони. — Уединяться с Нантом за спиной у мужа, обжиматься и целоваться, а через несколько минут с честными глазами смотреть на Кая и искреннее говорить ему, как сильно я его люблю? Ты как это себе представляешь?
— У тебя лишь один выход: поговорить с Лайтинерисом. Ты обретёшь душевный покой только если будешь честна с ним. Но рекомендую отложить этот разговор хотя бы на месяц, чтобы ваши с мужем чувства окрепли, и семейная жизнь вошла в будничную колею. А до тех пор — делай с Нантом всё, что позволяет тебе совесть. Только и всего, — дал мне совет император.
— Понятно… — тяжело вздохнула я. И в глубине души я была с ним совершенно согласна. Вот умеет же этот вампир чётко всё по полочкам раскладывать! — Спасибо, Ли. Хм… Герцог Роксинант Дельгардис, — задумчиво пробормотала я с полуулыбкой.
А в мыслях пронеслось невольное: «Герцогиня Александра Дельгардис»…
— Да, твой котяра — благородных кровей. Породистый. У него даже замок есть, такой же большой, как у Лайтинериса, и тоже рядом с озером. Только он в запущенном состоянии: Нант там редко появляется. Раньше он жил в основном во дворце, а теперь вот перебрался к вам, — пояснил Ли.
— Ясно… — отозвалась я. Хотелось расспросить Ли о Нанте и его родне, но я решила, что лучше узнаю об этом у Рокси лично, и вместо этого задала императору другой, не менее важный для меня вопрос: — Ли, расскажи о проклятии. Что случилось с этим миром, что он стал таким? Син считает, что я найду все ответы в книгах. Но изложи мне хотя бы основные факты, ладно?
— Хорошо, — согласился вампир. — Это случилось тысячу лет назад. Один эльф, Олафниэль, обладающий сильным магическим даром, влюбился в Мириэль — рабыню своего друга, и попросил продать её ему. Друг согласился, связался с нотариусом, и на следующий день они должны были оформить сделку. Но вечером на хозяина Мириэль напали разбойники, ограбили и убили его. Поскольку наследников у него не оказалось, то замок и всё имущество — живое и неживое — были выставлены на торги, с передачей вырученных средств в казну империи. Как только Олаф об этом узнал, то наложил на Мири чары уродства, чтобы его не опередили, и никто кроме него не захотел её приобрести. Но он просчитался: один из эльфов-аристократов, пресыщенный красотой своих наложниц и жены, захотел экзотики и купил Мириэль для утех, заплатив за девушку такую цену, которая Олафу была не по карману. Аристократ привёз Мири в свой замок, изнасиловал её, а жена этого извращенца пришла в ярость, увидев, какое страшилище приобрёл её муженёк. Она велела отрубить девушке руки по локоть, прижечь культи и содрать с неё всю кожу. Мири умерла в жутких мучениях, и её труп был выкинут за пределы замка — на большой серый камень, в качестве еды для диких животных.
— Какой ужас… — потрясённо прошептала я.
