– Я поведал тебе куда больше, чем кому-либо другому, и все же… – Покачав головой, он отвел взгляд. Потом принялся расхаживать по комнате, будто пойманный в ловушку зверь.
Тиг хочет большего. Этого следовало ожидать, хотя Анвен уже отдала ему самое дорогое, что у нее было. Не только тело, но и частичку души.
– Чего еще ты хочешь? – спросила она.
– Хочу твоего… – Тиг оборвал себя и отвернулся. Налил вина в кубок и, пригубив его, снова повернулся к Анвен. – Хочу твоего доверия, – проговорил он.
Доверия. Он столь многое поведал ей, но может ли она по-настоящему доверять человеку, наделенному большой властью?
– Я верю тебе… тому, что ты сказал. Именно поэтому я намерена…
– Хорошо, – перебил он. – В таком случае поверь и в то, что ты должна уехать.
Анвен натянула одеяло до подбородка.
– Что?
Тиг с силой сжал кубок, который держал в руке.
– Замок на двери, ведущей на крепостную стену, был поврежден. Враг, над которым я не властен, намеренно запер тебя там. Теперь понимаешь?
Анвен как будто окатили ведром ледяной воды. Кто-то запер ее, осознанно подвергнув опасности. Враг, спаливший дотла ее дом, пытался убить ее. О да, она отлично все понимает!
– Кто-нибудь знал, куда ты направляешься? – спросил Тиг.
– Только Грета.
– Грета! Она прислуживает моей матери и Ффайон с тех пор, как те были совсем юными. Не могу о ней плохо думать. Но ей бы следовало остановить тебя.
– Не уверена, что я оставила ей выбор. – Анвен села на постели. – Это обязательно кто-то из тех, кого мы знаем?
– Под подозрением все и каждый. Теперь это касается не только меня и моего дома, но и тебя. Именно поэтому тебе нужно уехать. Я отправлю тебя с сопровождением, мои люди доставят тебя прямиком ко двору Эдуарда.
Этого Анвен понять не могла.
– Если твой враг охотится за мной, нет никакой разницы, где я нахожусь.
Тиг с силой грохнул кубком о столик.
– Я не хочу рисковать, – рявкнул он. – Когда ты упала с дерева, и я на руках нес тебя до ворот Гвалчду, я взял на себя ответственность за тебя. Поэтому ты уедешь.
Анвен это совершенно не понравилось.
– Никуда я не поеду.
– К чему упрямство? Сама ведь говорила, что Гвалчду для тебя лишь временное пристанище и что ты уйдешь весной. Я просто ускоряю события.
– Но ты поведал мне о своем прошлом. Теперь мне нет нужды покидать крепость.
– Еще как есть! – Тиг подошел к кровати и угрожающе навис над Анвен. – Все изменилось. Подумай о крепостной стене, о том, какой опасности ты подвергалась. Ты уедешь. Я не допущу такое слабое место у себя в крепости!
Мрачный. Отталкивающий. Надменный. Таким был мужчина, вошедший к ней в комнату в первую ночь ее пребывания в Гвалчду. Она боялась его. Но она не трусиха. И не «слабое место». Как Тиг поступит, узнав, что она носит его ребенка? Привяжет к телеге и отошлет прочь? Она не позволит ему помыкать собой. И никакому другому мужчине тоже.
– Твое стремление защищать меня проистекает от английской потребности завоевывать.
– Нет, я просто пытаюсь уберечь свою будущую жену!
У Анвен екнуло сердце.
– Жену?
– Да. Чтобы ты могла претендовать на защиту при дворе Эдуарда, мы должны пожениться.
Брак. Тиг требует, завоевывает. Став его женой, она превратится в его собственность.
– Я же валлийка!
– Ты совсем меня не слушала? Мне дела нет до того, что ты валлийка! – рявкнул Тиг.
Сказано это было тоном, не подразумевающим возражений, ведь он Дьявол из Гвалчду и правая рука английского короля! Мужчина с таким положением может жениться только по политическим соображениям.
– Зато твоему королю есть дело, – напомнила Анвен.
Тиг нахмурился.
– Эдуард тревожится о своей больной жене, но он еще и практичен. После смерти Уриена и твоей сестры ты стала наследницей Брайнмора.
– От которого не осталось ничего, кроме пепла и грязи. Да и какое это имеет значение теперь, раз весь Уэльс принадлежит англичанам?
– Жители Брайнмора доверяют тебе и обращаются к тебе со своими бедами, хоть и живут в Гвалчду. Ты обладаешь влиянием. Наш брак поможет восстановить мир на этих землях.
– Так ты женишься на мне, чтобы восстановить мир?
– Я женюсь на тебе, чтобы уберечь!
Уберечь. У нее будет свой дом. Тиг женится на ней, и их ребенок не станет незаконнорожденным. Но и сама Анвен, и ее дитя окажутся в подчинении у пограничного лорда.
Ах нет, их и в Уэльсе-то не будет!
– Даже будь мы женаты, ты все равно отправил бы меня ко двору Эдуарда?
– Причем немедленно.
Завернувшись в одеяло, Анвен перекатилась на другую сторону кровати, поспешно собрала свою одежду и бросила ее на покрывало.
– Что это ты делаешь?
Натягивая нательную рубашку через голову, Анвен ответила:
– Я одеваюсь и уезжаю. Разве ты не этого хотел?
Склонив голову набок, он наблюдал за ней.
– Все необходимые приготовления к свадьбе будут сделаны сегодня же.
Надев платье, Анвен затянула корсаж.
– Ты неверно понял меня, лорд Гвалчду. Я уезжаю, но замуж за тебя не выйду.
– Тебе придется покориться мне, Анвен.
– На сей раз тебе не удастся сделать из меня пленницу. У тебя нет надо мной власти.
Губы Тига изогнулись в горькой усмешке.
