Томас вцепился в каменный выступ, наблюдая, как ранее созданные им световые шарики открывали вид на… лабиринт! Самый настоящий каменный лабиринт. Эти плиты, что так внезапно упали из темноты, образовывали переплетения с тупиками, имели несколько ответвлений, но шли в разные стороны, насколько хватало глаз. Или же нет?
Томас прищурился, пытаясь разглядеть конец этой напасти. Чуть дальше, может, метрах в пятидесяти от него, что-то рябило. Как теплый воздух в холодный день.
Мираж? Видение?
Заклинание.
Нужно просто-напросто добраться до той точки, и провернуть фокус с проходом.
Воодушевленный догадкой, юноша рыкнул. И тут же чуть не свалился, когда снизу донеслось похожее рычание.
Это Александр также решил, что проще перебраться через преграду, забирался по соседнему камню. По крайней мере по бурой шкуре можно было точно сказать, что этот медведь родом из Острот.
- Нам нужно направо! – Томас старался, чтобы его рычание походило на речь, но не был уверен в том, что его поймут.
Ритф добрался до верха, посмотрев на замершего медведя… после чего засмеялся! Конечно в облике огромного медведя это выглядело не так явно, как если бы тот оставался человеком, но похрипывание и покачивание из стороны в сторону вкупе с разинутой пастью указывали именно на то, что оборотень ржал над ним.
Ну да. А как еще можно отреагировать на медведя, что вцепился мертвой хваткой в узкую полоску камня, да сел, словно кошка, растопырив по обе стороны от передних лап задние?
Или его рассмешил его истинный облик?.. Ну да, не так мужественно выглядит, не дорос еще… но это же не повод потешаться! Или его так развеселило светлое пятно в виде сердца, выделяющееся на темной шерсти сразу под шеей? Привет от матери. Она передала ему частичную форму Белого медведя. В такой вот нелепой форме.
Томаса всегда смущала эта отличительная черта, и сейчас он отвел взор.
Видимо поняв свою оплошность, Александр рыкнул.
- Я вижу ребят. Они внизу.
Томас кивнул в сторону «миража».
- Я думаю, там выход.
Пришлось повторить трижды, прежде чем воин понял его медвежий язык (или, вернее сказать, потуги?).
- Встретимся на том перекрестке, – Александр указал прямо, через пару ответвлений от пути, за стеной которого оказались Лексий и Софи.
- Я помогу.
- Нет. Это моя работа. Встретимся внизу на перекрестке.
Кивнув, Томас аккуратно начал пробираться прямо по высокому «парапету» в место сбора.
Идти было страшно. Каждый шаг мог стать билетом вниз. Сорвется лапа, его поведет чуть в сторону, и все, можно думать о сращивании костей. И лучше бы только об этом, а не том, что можешь присоединиться к «собратьям», мирно спящим в своих каменных кроватях которые столетия.
Спуск на землю оказался сложнее, чем подъем. Приходилось впиваться когтями в породу, проделывая в ней длинные борозды, да с каждым метром приближая момент, как когти сточатся до основания.
Ему повезло. Томас сорвался только с последних метров, приземлившись на левую лапу. Послышался хруст.
Снова! Он снова сломал себе что-то!
Томас до скрежета зубов сжимал клыки, но не мог сдержать рвущийся наружу рев.
Больно! Как же больно!
И ведь каждая его трансформация выливалась в нечто подобное. Поэтому он предпочитал не прибегать к изменению своего человеческого тела в лохматого монстра.
Дыши. Глубоко.
Вот так.
Раз, два. Раз, два.
Боль отступит.
Регенерация начнется совсем скоро. Она притупит нервные окончания.
Единственный плюс от хождения на четырех конечностях.
Когда ребята во главе с Александром (полностью одетым, в отличие от него!), подошли на пересечение плит, Томас сумел обратиться обратно, понимая, что к концу приключения придется вновь ломать кость, чтобы придать ей нужный угол.
Он не понимал почему, но ему удавалось залечивать раны намного быстрее, чем другим бурым медведям. Даже быстрее, чем отцу. Если дело было в смешении крови, то стоило бы задуматься о том, чтобы наладить контакты с Райтаром, да укрепить связь ради потомков. Но вот кто с уверенностью скажет, что Томас прав? Может, он просто родился под счастливой звездой? И в ту ночь над Остротами пролетала комета, что даровала ему возможность лечить себя наравне с демонами?
Вот только эта чудо-способность проявлялась именно в медвежьем обличье. Как человек он болел продолжительно и долго. Собирая все возможные болезни, которые обязательно приводили к постельному режиму. А в таком состоянии перекинуться в мишку было невозможно, как он не пытался.
Подняв руку в знак приветствия, Томас изобразил на лице кривую улыбку.
- С вами все в порядке?
- Гисхильдис, Томас! Где твои ботинки? А одежда? – Софи поспешила снять с себя куртку, передавая ее лорду.
- Я не могу принять ее. Благодарю, Софи. Я не был так подготовлен, как Александр. Лишь это одеяние способно видоизменять свою структуру, оставаясь на теле.
- Ты тоже прибегал к трансформации?
- Меня отделило от вас. Вход был заблокирован, так что я прошел сюда поверху, – он указал наверх. – Оттуда же предположительно нашел выход.
Томас указал в сторону.
- Идите за мной.
