— Конечно, — пообещала в ответ, пытаясь вспомнить, каково это было.
Его любовь к музыке и наличие в замке столь прекрасного инструмента воодушевляла.
— Идёмте к столу, вы должны хорошо поесть, чтобы восстановить утраченные силы, —предложил князь, подавая мне руку, после чего окликнул слугу: — Дуда! Вели принести с кухни горячего бульона и сливочного масла с мёдом!
Показавшийся из-за колонны слуга, почти старик, еле поклонился ему и сразу же отбыл исполнять повеление, шаркая по полу ногами.
— Расторопного Авдея, если вы его помните, пришлось закрыть в башне. Собственно, как и прочих слуг, служивших в замке до того, как вы свалились в реку и чуть не утонули, — холодно произнёс князь, помогая мне сесть за стол.
Слуга ещё не исполнил приказание князя, когда в трапезную залетели детки. Их было много, и щебетали они, словно стайка воробышков. Мальчики и девочки, как капельки воды похожие друг на друга. Все они наперебой пожелали нам доброго утра, а одна из малышек вдруг подошла прямо ко мне.
— Княжна Милолика, простите меня, — тихонько прошептала она.
Я не понимала, о чём она пролопотала, и нашла поддержку у Святослава, достаточно было лишь взглянуть на него вопросительно.
— Это София. Она попросила у вас воду, чтобы залить горку, — коротко объяснил он.
— Так тебе не стоит просить прощения, я сама согласилась помочь. В случившемся нет твоей вины, — успокоила я малышку, и она кивнула, соглашаясь со мной, а затем прошла к своему месту.
Вскоре к нашей трапезе присоединились и родители ребятишек. Я не помнила, каким было наше первое знакомство с лордом Дарием и леди Астерией, но только мне вдруг показалось, что последней я совершенно не нравилась.
— Как радостно, что вы в здравии! — пробасил её супруг, бывший огромным и громким мужчиной, что напоминал скорее грозного варвара, чем лорда.
— Спасибо, — поблагодарила я, старательно улыбнувшись.
— И что же, ваше высочество, вы уже выяснили, кто сотворил такую подлость с княжной Милоликой? Кто отослал её за водой к опасной реке? — холодно, только с плохо скрываемым любопытством спросила леди Астерия.
Она при этом уже выложила на блюдо блин и начала кромсать его ножом, словно поинтересовалась недавним происшествием лишь между делом или ради приличия.
— Нет. К великому сожалению, княжна всё забыла и не помнит, кто бы это мог быть, — признался Великий князь с неподдельной горечью в голосе.
— Может быть, вы сами отправились к реке? А невинные люди теперь сидят в заключении в холодной башне? — обратилась теперь ко мне женщина, и в её взгляде не было ничего, кроме насмешки и презрения, впрочем, как и в её голосе.
— Мне очень жаль, только я не помню, — ответила ей, после чего обратилась к Святославу: — А что же будет, если мне так ничего и не вспомнится? Эти слуги так и останутся заточены в башню?
— Я пока не решил, что в таком случае будет. Очень надеюсь, что ваша память к вам вернётся, княжна Милолика, — ответил он, очень тепло посмотрев на меня и передав мне яйцо в серебряной подставке.
— Спасибо, — поблагодарила я, с улыбкой взглянув на него, получая не только внимание князя, но и ещё одно мимолётное воспоминание.
Это было будто давно забытый сон, снова напомнивший о себе. Я даже не стала спрашивать у мужчины, происходило ли уже что-то подобное, зная наверняка, что да. И подобное лишь укрепляло веру в то, что память ко мне обязательно должна была вернуться.
— И всё же мне кажется это странным. Кто бы посмел так поступить с княжной? Зачем? Да и на что была надежда? Неужто думали, что подобное сойдёт с рук? Жить не хотят? — задалась множеством вопросов леди Астерия, вызвав ими живой интерес в первую очередь у Святослава.
— Почему вы думаете, что предателей было больше одного? — полюбопытствовал он, пронзая холодно держащуюся женщину задумчивым взглядом.
— Ну раз уж всех слуг заточили в башне, то я не могу говорить о ком-то одном! — с усмешкой отозвалась она.
— Да полно вам! У меня аппетит пропадает от ваших разговоров! — возмутился лорд Дарий, оглядев сидевших за столом и ударив по нему здоровенными ручищами. — Всех на плаху и беды никакой не будет!
— Даже невиновных? — тихо спросила я, с ужасом глядя на кровожадного гостя.
Быть может, тот и оставался благородным по происхождению, но характер варварский было не скрыть. Если бы не его чудесные дети, то я бы тряслась перед ним от страха.
— Была бы голова, а вина всегда найдётся, — хмыкнув, произнёс мужчина в ответ и оскалился, словно хищное животное.
— Друг мой, ты пугаешь княжну Милолику своим свирепым нравом! — заметил Великий князь и рассмеялся, бросив в мою сторону оценивающий взгляд.
— Всё в порядке, — шепнула я, не желая, чтобы друзья из-за меня поссорились.
— Не волнуйтесь. Пока мы не выясним, кто виновен в случившемся, то наказания никто не понесёт, — пообещал мне Святослав.
— А княжна Милолика? Она понесёт какое-то наказание, если выяснится, что она сама отправилась к реке? — язвительно уточнила леди Астерия.
