По ее наставлению мы спрятали бутылку в заброшенной теплице. А чтобы эта пакость не подслушивала чужие желания, предварительно поместили ее в старое ведро с соленой водой. Клио уверяла, что подобная нечисть соль не любит, и, возможно, поэтому прежний владелец бутылки вышвырнул ее в море, а не закопал. Не решение проблемы, но фору даст.
На первом месте у меня было другое. Общение с Бриджет укрепило во мне нелюбовь к ведьмам из ковена. Мало того что они себе подобным жизнь отравляют, так еще впутывают в свои интриги обычных, далеких от магии людей. Меня, например! Моя семья дома сходит с ума, пока я тут хожу по гостям и жму руку каждому демону. А про кастинг вообще молчу! Руководство академии настолько несговорчивое, что даже на такое важное событие меня не отпустят.
Правда, раньше я не знала главного. Что Бреннан и есть ректор.
И да. Я отказываюсь верить в то, что мистер Сэфайр – это совсем другой человек. Время и обстоятельства меняют людей, но что-то же должно остаться от себя прежнего. Некий ментальный фундамент.
Поговорю с ним. Я его не боюсь. И не буду записываться на аудиенцию через секретаря, приду так, без предупреждения.
Без предупредительного стука я открыла дверь и вошла в кабинет ректора.
– Мистер Сэфайр!.. – я осеклась, увидев в кресле другого обитателя поместья.
Миссис Маккини оторвала взгляд от журнала и уставилась на меня, как на назойливую муху.
– Выйди и дверь за собой закрой, – приказала она сонным тоном.
Короткими пальцами она держала дымящуюся сигару, вторая пухлая лапа лежала на монохромной картинке. При ближайшем рассмотрении стало понятно, что на ней изображена томная дама в шикарном вечернем платье. Компанию экономке составляли початая бутылка виски и квадратный стакан с остатками напитка и подтаявшими кубиками льда.
– Глухая, что ли? – чуть ли не с рыком вынырнула она из грез о тонкой талии и платье, когда я нависла над ней. – Выйди вон.
– Где мистер Сэфайр?
– Уехал.
– Куда?
– Я только и ждала, когда об этом спросит какая-нибудь шлюшка. Дела есть у важных людей. Де-ла. А это посерьезней, чем задом перед мужиками крутить.
Нет уж, она не стоит того, чтобы растрачивать на нее свое обаяние.
– Подумайте-ка лучше о своем заде. Недолго вам осталось его греть в чужом кресле и угощаться чужим алкоголем.
Хмыкнув, миссис Маккини с ленцой стряхнула пепел с сигары в хрустальную пепельницу.
– Угрожаешь, деточка? Напрасно. Никто тебе не поверит. И не надо передо мной изображать королеву. Мне все про тебя известно. Ты – никто. Нет у тебя здесь ни родителей, ни покровителей.
– И с чего же вы так решили?
– Изучила твои документы. Данн сегодня не слишком расторопный. – Злая ухмылка намекнула на проблемы секретаря с передвижением. – Я ведь должна была знать, что за цаца у нас такая тут выискалась. Думаешь, ты первая, кто возомнил себя выше остальных? До тебя, милочка, знаешь, сколько было вертихвосток, мечтающих прыгнуть в койку ректора? На моей памяти двоих выгнали за то, что пытались навести любовный морок на мистера Сэфайра.
Вблизи миссис Маккини выглядела еще более отталкивающей. Она оказалась моложе, а возраста ей добавляло обрюзгшее лицо.
– А где молодой мистер Сэфайр? – процедила я, чуть не подавившись ответной агрессией.
Экономка хрюкнула. Свинья в очках.
– Продуманная какая! Раз не может добраться до батюшки, надо к сыночку пристроиться. Мерзость блудливая…
Окутанный лиловыми блестками стакан в ее руке лопнул, как мыльный пузырь. Тетка взвизгнула и выронила на стол сигару.
– Ты! Я буду жаловаться!
Что-то застучало, затрещало, и вокруг нас закружили скелетики невиданных существ. В их глазницах светились лиловые огоньки, напрямую говоря, что именно моя сила заставила их вырваться из своих стеклянных сосудов. Они щелкали косточками, двигали челюстями и истошно пищали. А собравшись вместе, накинулись на вредную экономку, норовя вцепиться в нее зубами. Та заверещала и спряталась под стол, но это было ее ошибкой. Там скелетикам ничего не мешало кусать жертву.
Я не хотела этого. Оно вышло само собой. Моя сила просто вырвалась из-под контроля.
И мне это нравилось. Удовольствие от осознания собственного могущества текло по моим венам, пьянило и дразнило.
Что я еще могу? Как наказать эту сволочь сильнее? Чтобы впредь не смела открывать рот в моем присутствии без разрешения. Чтобы боялась.
Но разве это я? Всегда же считала себя доброй девочкой. Светлым солнышком, дарящим радость другим.
Может, Бреннан знал, как развращает магия, и остерегался этого?
Как только я подумала о Бреннане, скелетики разочарованно заскрипели и медленно, будто теряли завод, полетели на свои места. Парящие в воздухе купола со стеклянным грохотом опускались назад, заключая в плен экземпляры странной коллекции.
Я ведьма. Но не злодейка.
– Вылезайте, – нервно сказала я, злясь уже больше на себя, чем на миссис Маккини.
Кряхтя и охая, она выбралась наружу и разлеглась в ректорском кресле. Раскрасневшаяся, со съехавшими на кончик носа очками. В общем, после массажа маленькими челюстями не стала ни лучше ни хуже.
– Я расскажу все мадам Джоандре, – зашипела она.
