— Я говорил тебе, что так нужно, — безапелляционным тоном отвечает Вадим и, обернувшись, вскидывает брови так, что на лбу образовываются глубокие морщины, улыбается одним уголком губ.— Думаешь, я бы с вами один не справился? Даже с четырьмя, как два пальца об асфальт. Балласт мне не нужен, но они не балласт, понимаешь?
— Нет, не понимаю.
— Малыш, — развернувшись ко мне всем торсом и взяв мое лицо в свои крупные ладони, смотрит в глаза. Насмешливая гримаса в миг сходит с его грубоватого лица, и теперь я вижу на нем только глубокое сожаление. — Ты не представляешь, как я хочу вернуться и оторвать ему голову. Я должен знать, что он сделал? Если хочешь, расскажи мне.
— Нет, не хочу. Я хочу забыть, — отвечаю. Вадим, прикрыв глаза, мягко прикасается губами к моим. Только на миг. Оторвавшись от меня, обнимает, но так осторожно, словно я вот-вот сломаюсь.
— Я понял, моя девочка, — шепчет. — Он своё получит, я тебе обещаю. И за неё, и за тебя. Но прогнать я их не могу, пойми это, пожалуйста.
— А если они решат уйти сами? Или убьют тебя?
— Не решат. Я их найду, а если меня поймают, сдам обоих, — говорит Вадим. — Если убьют... Не знаю, об этом я как-то не подумал. Во всяком случае, пистолет всегда у меня. Не волнуйся, я вас одних больше не оставлю и ключи у них заберу. Эта комната всегда будет заперта, а ты со мной. Скоро всё закончится...
— Отпусти нас, Вадим. Пожалуйста. Если я что-то значу для тебя, отпусти, — пользуюсь, как мне кажется, последним шансом воззвать к его благоразумию, сочувствию. Но все попытки оказываются исчерпаны, и я снова получаю отказ. Остаётся только один выход — бежать отсюда.
Проснувшись посреди ночи, перелезаю через Вадима, стистикивая зубы от боли во всем теле. Стрела почти не храпит, но дышит медленно и глубоко, значит, спит крепко. Глаза быстро привыкают к темноте. На носочках подхожу к шкафу и нащупываю его джинсовую куртку. Находка оказывается в первом попавшемся кармане — связка ключей, и, похоже, не одна. Слыша только собственное сердцебиение, словно сердце подкатило к горлу, медленно и осторожно достаю ключи из кармана, держа очень крепко, чтобы ни одна связка не вывалилась из руки. Вынув руку из кармана, пытаюсь определить, что я взяла и понимаю, что достала джекпот — на ладони лежат три связки, включая ключи от машины. Осталось только вспомнить, каким именно он открывал дверь в комнату девушек.
На какой-то миг меня охватывает неуверенность. Так трудно выбраться, сделать шаг навстречу свободе. Если кто-то из парней не спит, нас быстро поймают. Стрела может очнуться с минуты на минуту. Просто услышит, как скрипят доски под моими ногами, и всё пойдёт крахом. Увидев ключи в моей руке, он всё поймёт. Но разве оно того не стоит? Разве я зря терпела боль и унижение?
Остановившившись рядом с дверью, оборачиваюсь.
"Я влюблена в тебя, и, возможно, при других обстоятельствах, согласилась бы быть рядом с тобой. Я привязалась к тебе за это время. Но я по-прежнему боюсь тебя. Боюсь, что ты переступишь через меня, опьянённый своей жаждой возмездия. Наверное, ты так и сделаешь, если я останусь".
С этой мыслью я поворачиваю ручку двери, медленно открываю, чтобы не наделать шума, и выхожу из комнаты.
Каждый шорох, каждый скрип половиц кажется оглушительным в этой давящей атмосфере. Чувствую, как по спине бегут мурашки, прошибает холодный пот. Оборачиваюсь – Вадим всё ещё спит, лицо расслаблено, но эта расслабленность кажется обманчивой. Словно стоит мне повернуться к нему спиной, как сильные руки обхватят талию, прижмут меня к его крепкому телу, и я снова останусь, терзаемая страхом и безумным желанием. Он ничего не сделает мне. Но больше попыток сбежать не будет.
Металл в руке холодит кожу. Еще бы найти нужный ключ, даже в полумраке вижу, что они почти все одинаковые. К тому же, я совсем не подумала о Кире. Если она сейчас в комнате Серого, нам придётся бежать без неё. Оксана всё испортит... Чёрт...
Сначала думай, потом делай, сколько можно повторять одно и то же?
Прикрыв дверь в комнату, иду по коридору на носочках, но стараюсь быстрее перебирать ногами. Каждая секунда на счету. В тусклом свете единственной лампочки под потолком пляшут тени, превращая знакомые очертания мебели в гротескные, пугающие фигуры. Стены кажутся ближе, коридор – длиннее, чем обычно. Ключи звенят в дрожащей руке, и этот звук кажется предательски громким.
Наконец, добираюсь до нужной двери. Тишина давит на уши. Благо, я догадалась переодеться более закрытую одежду — велюровые спортивные брюки и ту же кофту на замке, в которой бежала в прошлый раз. В ней есть карманы, и, чтобы лишний раз не звенеть, убираю ключи от машины. Остаётся две связки, и обе относительно новые. Стрела отпирал дверь к девушкам длинным ключом, здесь таких несколько. Может, все дубли?
Была ни была, вставляю первый попавшийся ключ в замочную скважину. Он входит с трудом, проворачиваю. Раздается щелчок – и дверь поддается.