Движения девушки выглядели суетливыми, лихорадочными. Она бежала сквозь пелену дождя, словно за ней кто-то гнался. Камран молниеносно бросился следом, прежде чем снова окинуть взглядом переулок в поисках нападавшего. Он заметил еще одно движение, размытый силуэт, затуманенный проливным дождем. Камран смог различить его очертания, только когда тот схватил девушку за руку.
Она закричала.
Камран среагировал быстрее, чем подумал. Инстинкты побудили его броситься вперед и вцепиться в этого человека, и они же швырнули незнакомца с размаху на тротуар. Подбегая к упавшему, Камран выхватил меч, но едва успел занести клинок, как негодяй исчез.
Джинн.
Этого противоестественного деяния было уже достаточно, чтобы приговорить мерзавца к смерти, но как можно убить того, кто не был пойман?
Камран пробормотал проклятие, убирая меч в ножны.
Обернувшись, он увидел девушку всего в нескольких шагах от себя. Ее одежда насквозь пропиталась дождевой водой и мешала движениям. Небеса не прекращали своих мучений, служанка с трудом бежала, одновременно удерживая множество свертков в одной руке и пытаясь стянуть мокрую сноду с лица другой. Камран едва мог различить что-либо в метре от себя; он не понимал, как девушка вообще что-нибудь видит с мокрой тканью перед глазами.
– Я не желаю тебе зла, – окликнул он ее. – Но тебе нужно снять сноду. Ради твоей безопасности.
При звуке его голоса девушка замерла.
Это ободрило Камрана, и он решил подойти ближе, охваченный не только беспокойством за девушку, но и беспричинным любопытством, которое с каждым мгновением только усиливалось. Когда принц уже был готов сделать шаг навстречу, ему вдруг пришло в голову, что любое неверное движение может спугнуть девушку, заставить ее броситься бежать вслепую по улицам, и потому он действовал с величайшей осторожностью.
Но бесполезно.
Едва он сделал пару шагов в ее сторону, как она помчалась в темноту; в спешке девушка поскользнулась и, ударившись, упала на булыжник, рассыпав свои свертки.
Камран бросился к ней.
Ее снода соскользнула, и мокрая сетка, облепившая нос, душила девушку. Задыхаясь, она сорвала с лица маску. Камран подхватил ее под руки и помог подняться.
– Мои пакеты, – простонала девушка под каплями дождя, что бились в ее закрытые глаза, нос, рот.
Она слизнула дождевую воду с губ и затаила дыхание, держа глаза закрытыми и отказываясь встречать взгляд принца. Ее щеки раскраснелись от холода, ресницы были такого же оттенка, как и ее смоляные кудри, мокрые пряди которых разметались вокруг лица и липли к шее.
Камран с трудом мог поверить в свою удачу.
Нежелание девушки открывать глаза дало ему редкую возможность рассмотреть ее без стеснения. Все это время принц ломал голову, думая об этой девушке, а теперь она была здесь, в его объятиях, ее лицо было всего в нескольких сантиметрах от его собственного, и – к дьяволу! – он не мог отвести от нее взгляд.
Черты ее лица были четкими и одновременно нежными, словно выверенные искусным мастером. Она оказалась прекрасно сложена – прекрасна в самом прямом смысле этого слова. Это открытие стало для принца настолько удивительным, что он даже растерялся. Расчеты Камрана оказались ошибочны. Он подозревал, что служанка может быть красивой, да, но эта девушка была не просто красива – она была восхитительна.
– Забудь о пакетах, – мягко произнес он. – Ты не ранена?
– Нет, нет… – Она прижалась к нему, словно слепая, все еще отказываясь открывать глаза. – Пожалуйста, мне нужны мои вещи…
Камран, как ни старался, не мог понять.
Он знал, что девушка не слепая, но прямо сейчас она притворялась таковой по причинам, которые он не мог постичь. Эта девушка ставила принца в тупик на каждом шагу, и едва он осознал это, как она бросилась на землю, дав Камрану всего несколько секунд, чтобы поймать ее, прежде чем она рухнет коленями на камень. Она отпрянула от принца, не обращая на него внимания, юбки ее погрузились в застарелую слякоть грязной улицы, а руки зашарили по мокрой земле в поисках свертков. Девушка попала в свет газового фонаря, и его сияние окутало ее.
Именно тогда Камран заметил повязки.
Ее кисти были забинтованы настолько, что оказались почти неподвижны; девушка едва могла согнуть палец. Неудивительно, что она с таким трудом удерживала вещи.
Юноша быстро сгреб разбросанные свертки в свою сумку. Он не желал пугать девушку, перекрикивая дождь, а потому низко склонился к ней.
– Я собрал твои пакеты. Теперь ты можешь быть спокойна, – почти на ухо прошептал он ей.
Его голос, прозвучавший так близко от ее лица, дыхание, коснувшееся ее кожи, стали для нее неожиданностью.
Ализэ вскрикнула, ее глаза распахнулись, и Камран замер.
