– Мы надеялись избавиться от нее тихо, – сказал он принцу. – События прошлой ночи отбросили нас на шаг назад, потому что если девушка действительно имеет отношение к какому-либо масштабному замыслу – или даже частной армии, – то теперь ее союзники знают о покушении. Если мы убьем ее сейчас, по империи могут поползти слухи, которые станут причиной раздора между джиннами и людьми. А мы не можем позволить себе гражданскую войну. Мы должны затаиться, подождать, пока не узнаем точно, с кем она работает и на что они способны. Однако и слишком долго ждать мы не можем.
Принц не знал, как остановить то, что сам же и начал. Казалось, эта служанка должна была стать его погибелью, и как бы Камрану ни хотелось обвинить кого-нибудь другого в своей беде, сделать это он не мог.
Он испытывал непрекращающиеся муки.
Принц сделал неровный вдох и испуганно вздрогнул от неожиданной фигуры перед собой; запоздало он понял, что это всего лишь тетя, стоящая перед ним с чайником в руках.
Она странно посмотрела на принца.
Тот пробормотал слова благодарности, протянул пустую чашку, чтобы тетя налила ему чаю, и заставил себя улыбнуться.
– Я уверен, что ты будешь выглядеть прекрасно в любом платье, – сказал он. – Тебе все идет.
Тетя просияла.
Как выяснилось, люди короля Заала неустанно следили за девушкой уже почти два дня; они многое выяснили, однако доказательств каких-либо гнусных связей не нашли.
– Нам нужен доступ ее в покои, – объяснил король. – Секретная информация наверняка спрятана там. И раз ночью девушка находится в своей комнате, то лучше всего будет проникнуть туда при свете дня, когда она работает.
– Понял, – тихо ответил Камран. – А послать наемников в Баз Хаус при свете дня вы не можете.
– Ты же понимаешь, что крайне важно сохранить интересы и заботы короны в тайне – настолько, насколько это возможно. Мы и так уже многим рискнули, установив слежку. Если людям станет известно, что империя обеспокоена тем, что демоноподобные джинны прячутся у всех на виду, то народ испугается и ополчится друг на друга. Но твой визит в дом родной тети не вызовет никаких подозрений; на самом деле она уже давно ожидает тебя.
– Да, – сказал принц. – Я получил письма от нее.
– Очень хорошо. Твоя задача проста. Найди повод побродить по дому в одиночестве и хорошенько обыщи покои девушки. И если ты обнаружишь что-нибудь необычное, то я хочу об этом знать.
И все же это были странные обстоятельства.
Если Камран проявит изобретательность и ему будет сопутствовать удача, он сможет оказать королю услугу, избавив девушку от второго покушения на ее жизнь. Принцу всего лишь требовалось доказать, что ее союзники могущественны. Проблема заключалась в том, что Камран не разделял заговорщических взглядов деда. Принц не верил, что кто-то помог девушке расправиться с головорезами, а потому не знал, сможет ли вообще помочь. Единственной его надеждой было обнаружить хоть что-то – неважно, насколько ничтожными окажутся эти сведения, – способное заставить короля на время задуматься.
Камран услышал резкий звон серебра о фарфор – ложку, помешивающую чай в чашке. Он снова заставил себя вернуться в реальность.
Герцогиня Джамила улыбалась.
Она без предупреждения протянула руку и опустила ее поверх руки Камрана. Каким-то чудом ему удалось не вздрогнуть от неожиданности.
– Я вижу, у тебя много забот, – любезно сказала тетя. – Я не могу выразить словами, как благодарна тебе за то, что ты посетил меня, даже когда тебя занимают так много мыслей.
– Я всегда рад повидаться с моей дорогой тетей, – машинально ответил Камран. – Надеюсь, ты простишь меня за то, что я не зашел раньше.
– Я прощу тебя, если ты пообещаешь впредь приходить почаще, – торжественно сказала она, усаживаясь на свое место. – Мне очень не хватало твоего присутствия.
Камран улыбнулся ей.
Это была редкая для него искренняя улыбка, вызванная давней привязанностью. Тетя Джамила, старшая кузина его отца, была принцу ближе родной матери. За свою жизнь он провел в Баз Хаусе бесчисленное количество дней – пожалуй, даже месяцев, – и не солгал бы сейчас, сказав, что рад видеть тетю.
Однако сегодняшний его визит отличался от обычных.
– Мне тоже не хватало этого дома, – сказал он, уставившись невидящим взглядом в блестящую чашу с оранжевой хурмой. Потом поднял голову. – Как ты поживаешь? Тебя все еще беспокоят колени?
– Ты помнишь болезни своей бедной тети? – Герцогиня почти засветилась от счастья. – Какой же заботливый ты принц.
Камран не позволил вырваться смеху, зарождающемуся в груди; сказать, что ему не нравилось, как он влияет на тетю, было бы неправдой – хотя ей требовалось так мало, чтобы похвалить принца, что иногда ему становилось стыдно.
– У меня старые колени, – просто сказала тетя. – В старости все тело начинает разваливаться. С этим ничего не поделаешь. Тебе не стоит беспокоиться обо мне, когда я так беспокоюсь о тебе. – Она помолчала. – Тебя тревожат лишь твои приходы и уходы? Или тебя мучает что-то еще, дорогой мой?
Камран не стал отвечать сразу, вместо этого разглядывая филигранную форму своей чашки.
