За огромным, бескрайним окном расстилалось взлетное поле. На сером асфальтовом полотне, словно усталые сильные птицы, распластав крылья, отдыхали самолеты. Женя как завороженная смотрела на них, выбирая, какой именно понесет ее навстречу приключениям. И тут у нее то ли за спиной, то ли где-то сбоку раздался быстрый, четкий шепот:
– Прием! Пятый – Второму! Пятый – Второму! Я на месте. Объект вижу. Все по плану.
Женя замерла. Очень увлекательно смотреть детективы дома и нежелательно оказаться в гуще событий в реальности.
«Ёлки-палки! – заволновалась она, боясь оглянуться. – Может, они тут террориста ловят? Или сами террористы? Как быть-то? Бежать к охранникам или не вмешиваться?»
И тут ей пришла в голову простая мысль: нужно срочно обернуться и выяснить, кто это был. Тогда, наверное, наступит ясность.
Евгения резко обернулась, едва не грохнувшись на скользкий пол, но сзади дефилировали одуревшие от ожидания уже поверхностно знакомые пассажиры, и определить принадлежность шепота не представлялось возможным.
«Я даже не уверена, что голос был мужской, – вдруг сообразила Женя и расстроилась. – Вот я кулема! Правильно Аська говорит – ворона!»
– Деточка, – кто-то аккуратно, но цепко взял ее за локоть.
От неожиданности Женя взвизгнула и вздрогнула так, что мурашки осыпались по позвоночнику, словно старая хвоя с засохшей елки.
– Что с вами? – на нее недоуменно смотрела благообразная старушка. Та самая, которая сидела с дедом.
– Извините. Нервы, – прошептала Женя.
– В столь юном возрасте это непорядок, – с терпеливой, но настойчивой доброжелательностью заслуженного учителя заявила бабулька. У нее были нежно-фиолетовые волосы, уложенные в аккуратную короткую стрижку, ухоженные руки с маникюром и умилительно-розовая помада на губах.
– Спасибо, – кивнула Женя, имея в виду благодарность за комплимент про юный возраст.
– Меня зовут Изольда Ивановна.
– Евгения. Евгения Лебедева. Очень приятно.
– Да-да, безусловно. Чрезвычайно приятно. Деточка, я хотела вас попросить… Вы не возьмете мой пакетик? – Голос у старушки был низковатым и хриплым. Ведь это запросто она могла оказаться тем самым таинственным «пятым».
– А что там? Бомба? – натянуто пошутила Евгения, опасливо попятившись. Ну их, этих спецагентов. Что за странные просьбы?
Аккуратно подведенные брови старушки изумленно поползли вверх.
– Почему бомба? – Она недоуменно поморгала и пожала плечами. – Дело в том, что вы мне показались наиболее приличной из всех пассажиров. А у меня там все самое важное. Неловко признаваться, но у меня склероз. И спутник мой тоже страдает некоторой… забывчивостью. Я однажды забыла ридикюль в аэропорту, с тех пор опасаюсь улететь с пустыми руками. Не могли бы вы оставить мою поклажу у себя до самолета? Не откажите в любезности!
– С чего вы взяли, что мы летим в одном самолете?
– Как? – блеснула белоснежной вставной челюстью Изольда Ивановна. – Вы с нами в одной очереди на регистрацию стояли. Нет, если вам неудобно, я попрошу кого-нибудь другого. Я не хочу навязываться, ни в коем случае! И все пойму, если скажете «нет».
Судя по старушкиному взгляду, она начала обижаться. Еще бы – такая малость, а девица, ошибочно принятая за воспитанную на книгах про тимуровцев паиньку, упирается, как ишак. Жене стало стыдно.
– Да ну что вы, конечно! Давайте свой пакет. – Она с демонстративной готовностью выхватила у бабки пестрый мешочек и улыбнулась счастливой улыбкой человека, которому только что сказочно повезло.
Бодрым, навьюченным осликом, придерживая на одном плече Аськин рюкзак, на другом – свою сумку, а в руках – бабкин пакет, Евгения отправилась на поиски подруги. Требовалось срочно поделиться впечатлениями. Тем более что особого доверия к Изольде Ивановне Женя не испытывала. Уж больно странно выглядела ее просьба. Требовалась «помощь зала».
– После того как Эдик обманул твое доверие, ты разочаровалась в людях и перестала им верить, – объяснила Муравская, выслушав сбивчивый рассказ подруги.
– Ася, ты меня не слышишь абсолютно! – разозлилась Женя. – Там был какой-то «пятый»! Это явно полицейская операция…
– Жека, ну это же их операция! К тебе не имеет никакого отношения! Они на работе – ты в отпуске. Мало ли что тут в аэропорту творится.
– А бабка? Она сразу после этого сунула мне пакет!
– Да мне мама вечно свою сумку сует, потому что всегда и везде ее забывает! Это нормально! Тем более если она однажды уже где-то все потеряла. У человека теперь комплекс, а на своего старого гриба она рассчитывать не может. Ну, выбрала она тебя, и гордись.
– А вдруг там бомба? – предположила Женя.
– Давай откроем и поглядим, – пожала плечами Ася, потянув к себе старушкин пакет.
– Ты спятила! Нельзя рыться в чужих вещах!
– Лебедева, это ты спятила. Расслабься. Детективов надо меньше читать. Тебе уже мерещится.
– Ладно, с Изольдой Ивановной я могу согласиться. Все логично. Но этот «пятый» «второму»…
– Видимо, таможенники что-то свое обсуждали или служащие аэропорта. Евгеша, не дури!
– Не было рядом никаких служащих, – прошептала Женя. Она вспомнила, как долго не решалась обернуться.
