Злобин поморщился и взглянул в окуляры микроскопа. Он увидел увеличенный участок гиперчипа, поверхность которого была похоже на наждачную бумагу.
— …ввиду огромной информационной емкости вещества запись осуществляется по 16 каналам одновременно и кладется в одной плоскости. Таким образом, мы визуально можем выделить участок волокна, отвечающий примерно за тот или иной промежуток времени.
— Ничего не понимаю — оторвав взгляд от микроскопа, пожаловался Злобин.
— Так вот — невозмутимо продолжил Эдуард — предположительно за несколько часов до окончания записи, то есть до смерти, в волокне обнаружены изменения на физическом уровне.
— Точно, вот оно, вижу — Владимир обратил внимание на небольшое образование посреди однородной поверхности гиперчипа.
— А что это? — спросил Артур.
— К сожалению, у меня нет точного ответа на этот вопрос — сказал Эдуард — я сделал запрос на завод-изготовитель, но сомневаюсь в каких-либо пояснениях, ввиду того, что информация подобного рода закрыта даже для нашего ведомства. Есть предположение о самомаркировке, но такое, как я понимаю, встречается только во время сохранения сознания. То есть, если точнее при прижизненном сохранении, а не посмертном. Так, что можете смело искать его копию, господа.
— Годится, укажите все подробности в отчете, — попросил Злобин и они вместе с Симоновым вышли.
В кабинете у шефа было уютно. Владимир почувствовал это ещё в первый раз, когда побывал здесь. Его начальник — Гомонов Андрей Михайлович — полковник криминальной полиции, уже давно был пенсионером, однако на покой не собирался, точнее его никто не отпускал. Злобину в начальнике импонировал типаж этакого городового времен конных повозок — бакенбарды, пышные усы и громогласный голос. Сейчас Владимир стоял перед столом Андрея Михайловича и по-своему обыкновению бездумно пялился на огромное чучело рыбины, висевшее на стене за шефом, выжидая пока он окончит разговор:
— Да, мы уже послали сотрудника, да, да…. Ожидайте. Гомонов отключил экран и выдохнув переключился на Злобина:
— Присаживайся, докладывай, как дела?
Злобин кратко доложил об утренних жертвах, о происшедшем с Артуром.
— Вот ты мне все мы, да мы. Вы вдвоем там много сами не нараскрываете, взвалил на себя и тащишь, подключайте другие службы, надо бери у меня сотрудников. Ты-то понимаю, уже старый воин. А как Симонов?
— Да, годиться смышленый, старается, скоро войдет в ритм.
— И чего его к нам подсунули, сам говорит рапорт не писал, перевели и все, не понимаю.
— Я же говорю, нормально всё, Андрей Михайлович, я парнем полностью доволен, ему немного времени и всё будет хорошо.
— Ладно, ладно держи меня в курсе. По результатам вскрытия трупов — доложи.
Злобин вышел. С начальником он не испытывал трудностей, поскольку тот сам прошел весь путь от патрульного до детектива и выше. Был прост в общении и ценил, прежде всего, рациональность мышления.
Посещение родственников погибшего Слизько Виктора ничего не дало. Врагов у него не было, долгов тоже. Человек жил своей обычной жизнью, которую, кстати, очень любил. Все о нем отзывались как о жизнерадостном и веселом парне. Был холост, проживал один.
— Стало быть положительный герой, ни какого компромата не нашёл — вернувшись рассказал Артур.
— А что по сетям? — спросил Владимир.
— А вот здесь есть маленький нюанс, когда мы были в районе мотеля «Лунный» я запеленговал наше местонахождение и дал задание на детализацию всех звонков по местности за предполагаемый период убийства.
— И что?
— А ничего. Так же как и со следами в номере, зона в радиусе пяти километров от мотеля с 4:42 — это когда у нашего Виктора выключился коммуникатор, и до шести утра полностью пуста.
— То есть? — переспросил Злобин.
— То есть, хоть район и не густо населен, но звонки должны быть, это видно сразу после шести утра, но в интересующий нас период их просто нет. Отсюда вывод зону — просто заглушили по всем радиочастотам.
— Насколько я понимаю, в таком случае должны были сработать службы, отвечающие за контроль по радиоволнам.
— Я с ними уже связывался, они ничего не выявляли.
Злобин откинулся на спинку стула и запрокинув голову посмотрел на потолок:
— Тогда давай подведем итоги — два расчлененных трупа без чипов, номер вычищен, радиочастоты заглушены, вещи не тронуты… — Злобин задумался.
— Сутенер-самоубийца — сказал, продолжая перечисления напарника Симонов.
— Ну, да, а что он тебе там сказал, перед тем как снести себе голову? Приятно познакомиться?
— Ага. И спустил курок.
— И почему у меня какое-то дрянное предчувствие — Злобин устало закрыл руками лицо. — Давай-ка к «психам» в отдел, сбрось им всю нашу фактуру, пусть займутся психологическим портретом.
— Но они работают только по серийникам — было возразил Артур.
— Ты сплюнь и иди, а я позвоню и договорюсь.
Симонов ушел, Злобин собравшись с мыслями поехал в городской морг.
