Как к нему подлетела двуногая самочка, Курус и не заметил, но от ее ярости слегка пошатнулся. Маленькая двуножка умела угрожать:
— Не трожь! Бивень вырву!
Картинку, как Оля вбивает трофейный бивень в стену и вешает на него распялки с мундиром, увидели все. Все три альфы, их наездники и Тыря.
Раим быстренько притянул к себе на грудь перевозбужденную волшебной музыкой женщину и прижал потеснее. Чтоб сама бед не наделала и чтоб Эльзису не пришло в голову как-то неправильно отреагировать.
Оля завозилась в крепких объятиях. Она бы и еще так пару веков постояла, но нужно было выправлять ситуацию. Кто бы мог подумать, что скрипка Мэй ее так раздраконит, но когда увидела, как Курус бивнем пытается достать Тырю, а та в мехах, испугалась до полного бесстрашия.
Раим отпустил неохотно, одновременно страшась и любопытствуя, что еще выкинет его беспокойная земляночка.
Эльзис наблюдал с не меньшим любопытством — Ольга не попросила, как это заведено у наездников, разрешения пообщаться с его зверем. Подошла и встала так близко, что Курус проткнул бы ее насквозь, просто мотни он головой. Заворчал Пран, предупреждающе взрыкнул Свап. Вот уж чего не ожидал Эльзис, так это того, что Свап и Пран, вечные соперники и забияки, способны выступить единым фронтом. И ради чего? Ради защиты одной аномально-ненормальной землянки. Хотя земляне здесь все такие, только юнец Мартун подавал признаки нормальности.
— Прости, — Оля протянула руку к морде зверя, но не прикоснулась, — Я тебе нагрубила, но ты сильно меня напугал.
Картинка бездыханной Тыри с потускневшими глазами и бивень Куруса в каплях алой крови заставил передернуться всех наездников.
— Ты меня напугал, — Повторила Оля тихо. — Не делай так больше.
— Хорошо, что Раша здесь нет, — вздохнул Раим, — а то уже подрались бы. Раш за Тырю и Свапа порвет.
— Зверь Мартуна? Он настолько хорош, чтобы бросить вызов альфе? — чуть презрительно спросил Эльзис. Ему не слишком понравилось, что Курус так легко повелся на уговоры.
— Достаточно, чтобы бросить вызов и победить, — уверенно подтвердил Эрик, избавив Раима от необходимости говорить неприятные вещи королю. — Просто им это не надо. Ни Рашу, ни Мартуну.
— Раш вообще очень спокойный, а Пашке ответственность ни разу не нужна, он знает ей цену, — подтвердила Оля. Она машинально почесывала Куруса у основания бивня, а тот стоял и не знал, что делать. То ли отдаться приятным ощущениям, то ли пойти на поводу у дорогого партнера, вняв его раздражению. А потому просто стоял, скосив глаза на маленькую бестрепетную ручку. Веки медленно опускались — удовольствие победило.
— Рр-у, — проворчал Свап, придвигаясь поближе. Намек был прозрачнее некуда — двуногая самочка очень мила, но сейчас она неправа. Выдумала тоже: чужаков чесать, когда свои не обласканы. Оля ответила картинкой — видишь как млеет, не прогонять же? Добавить образ летящей с уступа Тыри было делом одной секунды.
Через минуту послышался громкий бултых. Потом еще. И еще один — потише. Ликующий рев двух самцов и визг одной счастливой шмакодявки вырвал Куруса из неги. Устоять перед новой забавой у столичного, застоявшегося в вольере, альфы не было ни единого шанса. А ведь еще был водный массаж под водопадом…
Пран тоже не упустил свой шанс на внеплановый груминг. Если Свап больше всего любил, когда чешут основание бивня и убирают лишнюю загустевшую смазку, то зверь Эрика, как и Тыря, балдел, когда прочесывают короткие шипы между глазами и над бровями. Между делом с Олей можно было поделиться всяким-разным. Например, как сегодня гнали молодого самца фрукса. К концу лета они уже вполне упитанные и сильные. Взять шустрого и опасного червя выпало Курусу. На этом охота закончилась, потому что случилась МУЗЫКА. Альфы на то и альфы, чтобы слышать своих партнеров из далёкого далекá. Не услышать такой шквал эмоций звери просто не могли. Если первая мелодия им была просто приятна, то на вторую откликалось все нгурулье нутро — мощное, безудержное, яростно-безумное, необратимое, как шаг в пустоту, и неистово победное, как шаг из пустоты. Когда наездник и друг чувствует тоже самое. Когда даже двуногие самочки так чувствуют.
— Ваше величество Эльзис! Курус фрукса поймал.
Эльзис был чуточку раздражен — не нравилось ему делить внимание своего зверя с кем-то еще. Про фрукса он знал, Курус сразу похвастался добычей.
— И откуда вам, голубушка, это известно?
— Пран рассказал, откуда же еще? — удивилась землянка.
Хорошо, что он смотрел на Ольгу и не видел переглядок братца и Раима. Эльзису, разумеется, говорили, что Оля слышит всех нгурулов и что это взаимно. Да кто же в такое поверит?
— Пран, значит? Рассказал?
— Ну, да, — не поняла наезда Ольга. Вины она за собой не знала, а потому перевела тему: — Вы свой трофей в столицу заберете?
