Проводник Насты отлично ориентировался в бесконечном сером лабиринте коридоров, поворотов и дверей, уводя её все дальше от камеры пыток. По лестнице они спустились на первый этаж, сумев не привлечь к себе внимание. Впереди Наста увидела пропускной пункт, охраняемый вооруженными солдатами и защищенный перегородками из пуленепробиваемого стекла. Отстегнув пропуски, Наста и её спутник провели их через энкодеры. Охранник бросил взгляд на экран компьютера, куда энкодер переслал считанные данные, кивнул головой и разблокировал электронный замок, запирающий бронированные двери. Уже спускаясь с крыльца и щурясь от тусклого дневного света, Наста позволила себе облегченно перевести дыхание.
- Это еще не все, - предупредил таинственный спаситель. – Нужно миновать блок-пост на воротах.
Он, направляясь к парковке, сжал локоть женщины, поторапливая её.
- Так кто ты? – спросила Наста вдруг.
- Ты же сказала, что знаешь меня, - хмыкнул тот.
- Я знаю, что когда-то наши дороги уже пересекались, хотя и не помню, когда, где и как тебя зовут.
- Зови меня Кир, - ответил тот, подводя её к невзрачной иномарке.
Это ничего не напомнило Насте, она не помнила никого с таким именем. Послушно зеленоглазая женщина села в автомобиль на пассажирское сидение, Кир устроился за рулем. Он вел машину аккуратно, не спеша, чтобы не привлечь ненужного внимания, а Наста, повернувшись к окну, проводила взглядом несколько однотипных серых зданий и ангаров. У нее мелькнула мысль, что все военизированные объекты в России похожи друг на друга – что эта база, что спецшкола, где она когда-то училась.
И тут её мозг, как молния, пронзила догадка. Спецшкола! Вот, где она видела Кира! Она вспомнила, как однажды она вернулась в стены школы, где провела свое детство и юность – это случилось, кажется, около шести лет назад. Тогда карьера Насты могла совершить очередной вираж, ведь ей предложили должность куратора спецшколы.
После смерти Владлена Панова куратором школы был назначен кто-то из ретивых «светских» чиновников. Под «светским» подразумевалось, что он не проходил обучения в спецучреждениях, а получил совершенно обычное образование и вырос в совершенно обычной семье – а, значит, весьма теоретически представлял, как функционируют подобные заведения и какая идеология царит в их стенах. Тот чиновник продержался на своем посту меньше года, и добровольно подал в отставку – управление спецшколой оказалось ему не по плечу. На его место пришел следующий чиновник, но и он не смог справиться с вверенной ему школой и её подопечными. Так на посту сменилось четыре куратора, прежде чем министр обороны решил поставить на эту должность не мягкотелого представителя официальной политической элиты, а выпускника самой спецшколы, хорошо представляющего, как держать в повиновении и персонал и учеников. И выбор пал на Насту - как на одну из лучших выпускниц спецшколы и вдову Панова.
Она отказалась от должности не сразу.
Наста всё спрашивала себя: сможет ли она работать там – и не мучиться при этом воспоминаниями о брате? Для этого она и поехала в спецшколу, желая испытать себя, узнать предел своих возможностей. Насте устроили экскурсию по хорошо знакомым ей коридорам, классам, тренировочным залам, общежитию – и попутно доводили до её сведения, сколько учащихся числятся в школе, что за дисциплины изучаются на кафедрах, какова успеваемость учеников. Наста тогда и хотела и боялась услышать доклад о самом засекреченном учебном курсе, предназначенном для поистине гениальных учеников.
Подсознательно она желала, чтобы самое засекреченное и жуткое отделение школы пустовало. Такое вполне могло иметь место: государственные рекрутеры старательно прочесывают детские дома в поисках вундеркиндов – но даже если и находят таковых, то дети, как правило, погибают, не закончив курс. Слишком тот тяжел, слишком жестоки физические и психические нагрузки. Наста не знала подробностей этой учебной программы, но ей хватало слухов, бродивших среди коллег.
Сотрудники спецшколы, проводившие для неё экскурсию, сообщили, что сейчас в отделении есть ученик и весьма перспективный. Эта весть расстроила Насту – и она отчетливо осознала, что совесть никогда не позволит ей руководить этим зловещим учреждением. Однако она не отказалась продолжить осмотр спецшколы, не желая демонстрировать своего дискомфорта.
И вот тогда-то она и увидела Кира. Он отрабатывал приемы рукопашного боя под присмотром наставников в подземном спортивном комплексе. Насте это место было знакомо - здесь много лет назад она в компании высокопоставленных чиновников наблюдала за испытанием Иврама. Бронированное стекло, за которым обычно скрывались зрители, находилось на том же месте. Наста и её сопровождающие остановись за стеклом. Кир, казалось, и не обратил внимания на посетителей, продолжая тренироваться; его лицо сохраняло сосредоточенное выражение, пока он двигался. Сотрудник спецшколы дал краткую справку о мальчике, а Наста подумала, что тот выглядит старше своих лет из-за высокого роста и развитой мускулатуры.
