— Это не одно устройство, а несколько различных, объединенных в одну систему. Коряво получилось, но у меня просто не было идей, как заставить все работать в синергии. Вот эти лазерные сканеры снимают биометрию. Эти штуки, похожие на толстые тупые клешни — ДНК-сканеры. Вот этизаостренные радужные кристаллы — самый главный элемент. Я вырастил их, чтобы сымитировать силу Панацеи, они получают данные от ДНК-интерпретатора, который вычисляет закодированные параметры организма, и генерируют излучение модулированной частоты, под действием которого денатурированная биомасса, поступающая по этим трубкам, преобразуется в здоровую ткань, — Я скривился под маской. — Как можно заметить, система, мягко говоря, далека от совершенства. Двадцать один человек сегодня заплатил за это жизнью.
— Излучение модулированной частоты, вот как… — на лицо Александрии на мгновение наползла задумчивость. — Ясно. А это похоже на ультрафиолетовую лампу.
— Это она и есть. Взял в городской больнице одну списанную и починил.
— А вот этот массивный модуль?
— Второй главный элемент. Антилучевая пушка. Гасит наведенную радиоактивность. Единственное, к чему у меня нет нареканий, и то потому, что в основе лежит технология Героя.
— Ты смог повторить ее?
— Куда там. Просто копался в архивах и наткнулся на описание. Если не ошибаюсь, он использовал огромную дисковую антенну, чтобы нейтрализовать радиоактивное заражение в Нью-Йорке после атаки Бегемота. Ну, я и попытался сымитировать эффект.
— Сколько времени тебе нужно на оптимизацию технологии?
— Не могу сказать, я и так все переусложнил.
— Я рассчитываю, что ты справишься. Но не зацикливайся на одном подходе. Можно лечить раненных. А можно сделать так, чтобы раненных стало меньше. Губители отступают, если получают тяжелые повреждения. Если сможешь создать что-то, способное нанести им ущерб — сделай это.
— Нанести ущерб почти неуязвимой твари, аннигилирующей все в километровом радиусе и свободно манипулирующей тераджоулями энергии? — я скептически приподнял бровь. — Ну, если
— Я не прошу, Магистерий, — вздохнула Александрия. — У меня пока еще есть право приказывать.
— Я подумаю, что тут можно сделать.
На самом деле я подумал, что если песня снова зазвучит, лучшим вариантом для меня будет проделать себе дырку в черепе. О судьбе жителей Лозанны, Лондона, Мэдисона я знал слишком хорошо.
Александрия улетела, превратилась в темную точку на фоне небосвода, а потом и вовсе скрылась из виду. Дракон любезно согласилась подбросить нас до Броктон Бей в своем модуле. Скажу честно, это был даже не эконом-класс, но выбирать не приходилось. Когда приземлились, я решил отправить Кэсси SMS, но впал в ступор, не зная, что написать. Наконец, решил ограничиться лаконичным «я жив».
Процедуры деактивации и медицинские осмотры съели еще несколько часов, так что домой я вернулся когда уже совсем стемнело. Консьерж не пропустил Кэсси внутрь, но она дожидалась у входа. Наверное, я на нее дурно влияю. Прежняя Руна, о которой я был наслышан, никогда бы не стала себя так вести.
Заметив меня, она тут же подбежала, попыталась обнять… и отпрянула со страхом в глазах.
— Конни… — прошептала она. — Что… что с тобой?!
— А, это… — без тяжести костюма на плечах и скрывающей лицо маски почему-то стало очень сложно давить в себе эмоции, и горло сдавил противным ком. — Я… я сегодня… крупно налажал.
Кто-нибудь, дайте мне сил не заплакать на глазах у своей девушки.
____________________________________________________________________________________
(1) Кейпа зовут Strider, и мне не нравится перевод «Бродяжник». (2) Эй, сеньор! Направьте ко мне пациентов! Я могу лечить радиацию! (исп.)(3) Хорошо, сейчас. (исп.)(4) Морфий внутримышечно! (лат.)(5) Сюда! Клади его сюда! Мне нужно полминуты на подготовку. (исп.)(6) Пять минут на каждого. Их слишком много. (исп.)
Смазка медленно стекала в паз капля за каплей. Я держал масленку обеими руками и старался не дышать, чтобы не нарушить медитативное движение коллоидного масла. Для пробы повернул барабан центрифуги вручную, с помощью технарской способности подмечая тончайшие нюансы в работе механизма, которые не смогли бы обнаружить никакие приборы.
Вроде, все в порядке. Если бы людей было также легко чинить, как технику…
— О, добрый день. Я смотрю, у тебя проблемы? — спросил подошедший Виктор, сейчас находившийся в гражданской ипостаси Даниэля Малона.
— Никаких проблем, я уже закончил. Можно запускать, — я окинул взглядом три реактора, каждый размером с холодильник. — Если не будет форс-мажоров, обслуживание не потребуется еще недели три.
— Да я не про оборудование, — веско сказал он. — Я про одного тупого технаря, который побывал в бою с Губителем и вместо того, чтобы порадоваться, что все еще жив, неделю корчит из себя привидение.
