Десяток кварталов до дома Элкоттов я прошел, сжимая в кармане рукоятку револьвера. Я не сомневался в том, что Дина предвидела мой визит, и теперь все зависело от ее лично отношения ко мне. За: она, как ни крути, помогла мне преодолеть влияние Симург. Против: она передала Протекторату пророчество, из-за которого они и обрушили на меня все, что было. Так себе выбор, но все остальные варианты выглядели еще хуже.
У нужного дома я еще раз огляделся, пересек дворик и нажал кнопку звонка. Ждать пришлось настолько долго, что я даже сверился с часами — не перепутал ли я время суток, и не полагается ли нормальным людям сейчас спать. Но нет, сейчас середина дня. И вообще выходной.
Спустя пару минут дверь отворил рано постаревший мужчина. Весь его вид говорил о том, что мне тут не рады, но пока он не станет вызывать полицию или Протекторат.
— Проходите быстрее, не мельтешите на виду, — сказал он, даже не пытаясь изобразить дружелюбие. — Дина предупредила, что вы придете.
— Благодарю, — конечно, моя благодарность была адресована отнюдь не ему.
Элкотт-старший отвел меня в гостиную, где на диване за журнальным столиком сидела Дина. За прошедшие месяцы она поправилась, и издалека выглядела как нормальная девочка тринадцати лет, а не одуревшая от ломки наркоманка. Вблизи становились различимы детали — скупая мимика, скованные движения, мрачный, почти жестокий взгляд. «Великое знание умножает скорбь», так сказал Экклезиаст. Мудры были древние евреи, не чета нынешним.
— Папа, ты не мог бы… выйти? — попросила девочка.
— Малышка, ты уверена? — насторожился ее отец.
— Все в порядке.
Мистер Элкотт ушел, хотя и с явной неохотой, а Дина молча указала мне на свободное кресло. Я сел напротив нее, поставил стазисный кейс рядом с собой и выключил маскировку.
— Привет, Дина. Рад, что ты выздоравливаешь.
— Кто ты? — спросила она, проигнорировав приветствие.
— Я тот, чей взор надежду губит, едва надежда расцветет. Я тот, кого никто не любит, и все живущее клянет. Я бич рабов моих земных, я царь познанья и свободы, я враг Небес, я зло природы, и видишь — я у ног твоих. (англ. —
— Мне это ничего не говорит. Как и твое лицо.
— Эх, а я так старался, искал подходящие случаю стихи. Намекну прозрачнее: когда мы виделись последний раз, я сделал из одного хитрого нигера йо-йо, но забыл представиться. Меня зовут Конрад.
— Понятно. Ахриман, — в глазах Дины мелькнула тень интереса. — Не ожидала, что ты выживешь. Вероятность твоей смерти составляла больше девяноста девяти процентов.
— О, я действительно умер, и это было очень больно. И, тем не менее, я здесь.
— Я не возражаю. Числа стали лучше.
— Кстати о числах. Почему ты сказала Протекторату, что я стану причиной гибели мира?
— Потому что так и есть, — девочка пожала плечами. — Конец света наступит в течение десяти лет. Чем позднее, тем выше вероятность, и ты в любом случае являешься его причиной.
— У меня нет желания уничтожать мир. Я вообще не держу зла ни на кого, кроме Джека Остряка.
— Я вижу только числа. Вероятности событий, а не их причины.
— А если я умру раньше?
— Тогда причиной станет Джек Остряк. Если и он к тому времени будет мертв, то гибель мира отодвинется примерно на двадцать лет, но произойдет в любом случае.
— Тогда что ты имела ввиду, когда сказала, что числа стали лучше?
— Больше людей выживает во время Конца и после него.
— Полагаю, мое благополучие при этом роли не играет?
— Нет. Как и мое, если тебе интересно, — холодно ответила Дина. — Как и чье угодно. Это все несущественно.
— Какая обезоруживающая честность, я просто в смятении.
— Я знаю, что у тебя есть вопросы, так что можешь их задавать. Имей ввиду, у меня их не так много.
— Понимаю, ограничения Умников.
Я достал из внутреннего кармана куртки блокнот. В нем я записал все возможные варианты действий, которые успел обдумать и частично отвергнуть, по одному на листок, а потом вырвал их. На обратной стороне каждого я написал порядковый номер, после чего выложил их на журнальный столик номерами вверх.
— Поскольку у дома меня не ждала засада Протектората, я сделаю допущение, что наши цели пусть отчасти, но совпадают. В таком случае давай попробуем построить план. Вот различные пути, которыми я могу последовать, когда выйду из твоего дома. От чего мне следует отказаться, и в каком порядке выполнять оставшиеся?
Девочка склонилась над столом, и один за другим принялась выбраковывать листки. Исследования в оставшихся карантинных зонах, попытки убить любого из Губителей, мое раскрытие миру, попытки наладить сотрудничество с какой-либо из крупных фракций паралюдей. И так далее.
