Но Вячеслав уже и сам видел. Он осторожно приподнял ту, что была к нему ближе всего. Фигура была облачена в блекло-розовые тряпки и такой же расцветки колпак. Голова и «лицо» плотно замотаны грязной марлей, на которой неуклюже намалеваны глаза, нос и идиотски ухмыляющийся рот с громадными зубами.
Светлана осторожно развернула зеленое тряпье, в которое была запелената другая кукла. Обнажился каркас фигурки – крест-накрест сколоченные доски, где поперечные конечности, очевидно, выполняли функции рук. Для устойчивости нижняя часть куклы держалась на крестовине из плоских дощечек.
– Что за хренотень? – пробормотал Вячеслав, стаскивая колпак с уродца. От куклы исходил едва уловимый запах плесени и пыли.
– Посвети туда, Славик, – услышал он голос Светланы. – Вон туда, наверх. Моего телефона не хватает.
Вячеслав послушно перевел фонарь. Над головами, колыхаемые сквозняком, вяло болтались воздушные шары.
– Семь, – зачем-то пересчитала Светлана. – Кажется, они держатся на пластыре…
– Взгляни туда. Судя по всему, там еще одно помещение, – разлепил губы Вячеслав. Шаркая ногами, он нерешительно обошел стол, остановившись у крохотной дыры, размер которой едва превышал отверстие собачьей конуры. Встав на четвереньки, он пригнулся, с недоумением уставившись на сплетенную из прутьев решетку. Осторожным движением он убрал ее, прислонив к стенке пещеры, после чего посветил вперед.
– Света, – позвал он, не оборачиваясь. – Иди сюда.
Она приблизилась к бойфренду, и несколько секунд они в безмолвном изумлении разглядывали странную куклу, скорчившуюся на грубо выщербленной нише в полу. Заскорузлые от каменной пыли лохмотья разметались, словно крылья дохлой вороны. Как и у чучел в колпаках, голова этой куклы также была забинтована мутно-желтой марлей, на «лице» темнели злобные глаза. Макушку украшало некое подобие «короны», которую, судя по всему, наспех склеили из плотной бумаги. Неподалеку от пугала валялся запыленный осколок зеркала.
– Слава… – заговорила Светлана, и голос ее задрожал, как тоненькое пламя свечки. – Слава, знаешь, что все это значит?
Вячеслав поднялся на ноги и вновь осветил куполо-образный свод пещеры.
– Похоже на глотку проголодавшегося вампира, – изрек он и повернулся к Светлане. – Твоего мужа здесь нет. Вот это я знаю точно. Идем отсюда, у меня начинает кружиться голова.
Бормоча ругательства, Вячеслав стал пробираться к выходу.
– Постой!
Он обернулся.
– Посмотри на стол, – попросила Светлана, и тот развернулся, переместив луч фонаря на грубо сколоченные доски. Перед каждой куклой был виден прибор – деревянная миска, ложка и дочерна закопченная кружка.
– Ну и что? – усмехнулся Вячеслав, сплюнув под ноги. – Какой-то мудозвон устроил тут кукольный домик. Флаг ему в руки и барабан в трусы. Мало ли извращенцев на свете.
– Посчитай, сколько приборов на столе!
Ему не понравился тон, которым была произнесена фраза – казалось, Света вот-вот сорвется и завизжит в истерике.
– Ну, семь, – буркнул он, быстро пересчитав миски.
Она подошла к нему вплотную, и Вячеслав буквально кожей впитывал ритмичные волны страха, которые источало ее дрожащее от напряжения тело.
– Правильно, семь, – тихо подтвердила она. – И шариков семь. Посмотри вниз, вон туда, у стены. Семь кроваток. Врубаешься?
Вячеслав почесал затылок.
– И что?
Светлана топнула ногой, сердясь на несообразительность возлюбленного.
– А кукол – шесть! И это не просто куклы! Это гномы! Взгляни на эти колпаки! А вон, под столом ведерко со стекляшками! Это типа драгоценные камни, понимаешь? И молоточки игрушечные!
Она глубоко вздохнула, пытаясь собрать воедино хаотично скачущиеся мысли.
– А то чучело, что в соседней дыре сидит на полу, судя по всему, царевна, – чуть спокойней пояснила Светлана. – Злая мачеха. Это она все время говорила: «Свет мой зеркальце, скажи…»
Она взяла за руку Вячеслава, и тот почувствовал, как дрожат ее пальцы.
– Где седьмой гном, Слава?
«Да хер его знает», – мысленно выругался он. Больше всего на свете ему хотелось поскорее выбраться наружу, подальше от этого запаха тлена и плесени. И меньше всего выяснять, куда подевался этот гребаный седьмой гном…
– Не знаю, – произнес он, едва скрывая раздражение. – Пошли отсюда.
– Может, Олег и есть… – Светлана замешкалась, будто страшась продолжить мысль. – Может, мой бывший муж сошел с ума и считает… в общем…
– Твой муж – седьмой гном? – закончил за нее Вячеслав. – Но его здесь нет, родная. Давай вылезать наружу. Иначе я просто сблюю…
И прежде чем Светлана успела что-то сказать, он протиснулся в выходное отверстие, направляясь к пятнышку света.
Выкарабкавшись наружу, Вячеслав отряхнулся, с тревогой рассматривая нависший «карниз». В какой-то жуткий момент ему почудилось, что громадный валун медленно, но неуклонно ползет вниз.
– Света, скорее! – позвал он, ежась от холодных капель, обрушившихся на скалу колючей дробью.
Начинался дождь.
Из-под пещеры показалась рука женщины, затем растрепанная голова.
– Все нормально? – обеспокоенно спросил он, вглядываясь в бледное лицо любимой.
