Пока армия двигалась к пункту назначения, на каждой стоянке фон Хансберг разворачивал вербовочный пункт. Надо сказать, что его ландскнехты, благодаря последней битве, в которой неудачники погибли, а остальные обогатились, выглядят как с агитационной картинки. Каждый второй из уцелевших – зажравшийся доппельсёлднер, половина оставшихся переведена на двойное жалование недавно. Глазам потенциальных новобранцев представали солдаты здоровые, крепкие, богатые, привыкшие к комфорту и хорошему питанию. Учитывая, что простенький солдатский доспех стоит как полугодичное жалование цехового подмастерья, да и костюм у ландскнехта тоже недешев, молодые горожане всерьез задумались о том, не бросить ли свой сонный городок и записаться в армию. Кроме того, для многих третьих-четвертых сыновей, которые не могли рассчитывать на отцовское наследство, оставался единственный шанс сколотить состояние – на военной службе. Строгие законы гильдий оставляли подмастерьям немного шансов сдать экзамен и открыть собственное дело.Конечно же, полковники лично не трубят в трубу, не бьют в барабан и не расписывают прелести армейской жизни разинувшим рты горожанам, обычно этим занимаются или профессиональные вербовщики или способные к такой работе офицеры.Оберст, узнав, что среди убитых числятся все, кто ранее успешно набирал ландскнехтов для своего полковника и императора, в первый же день вызвал к себе Маркуса.– Нам необходимо устроить вербовочный пункт на каждой остановке по пути в этот Швайнштадт.
– Легко, герр оберст. Начинаем сегодня. Трубач и барабанщик найдутся, процедура мне отлично знакома.
– Нет, Маркус, ты не должен заниматься этим сам. Тебя даже доппельсёлднеры побаиваются, с трудом представляю такого оптимиста, который рискнет наняться служить под твоим командованием. У нас есть почти двести человек "стариков", из них наверняка найдется кто-нибудь подходящий.
– Легко, герр оберст. Сейчас будет сделано.
Маркус отлично знал свое дело. Получив приказ, он незамедлительно поднял по тревоге весь личный состав, прошелся вдоль рядов и ткнул пальцем в несколько человек, показавшихся ему подходящими.
– Нужны добровольцы. Ты, ты и ты.
– А можно я? – раздался голос откуда-то сзади.
