– Ладно, я облажался. В следующий раз будете говорить вы.
Пупу скорчила гримасу и отвернулась.
– Пупу, не будь такой! Нам нужен план действий, – сказал Чаоян.
– План действий! Прямо как в сериале! – Дин Хао захлопал в ладоши от восторга.
– Да, только все происходит в реальной жизни. Мы больше не дети, и, если допустим ошибку, второго шанса нам не дадут. Убийцы по-настоящему опасны, – серьезно сказал Чаоян.
– Ну я же не ребенок, – буркнул Дин Хао.
Пупу покосилась на него.
– Как я и говорила, ты просто идиот.
Дин Хао повесил голову.
– А там, в кафе, вы боялись? – спросил Чаоян, торопясь сменить тему.
– Сначала да, но потом я решил, что бояться нечего, – первым выпалил Дин Хао.
– Это потому, что ты идиот, – сказала Пупу.
– А ты грубиянка! – снова возмутился он.
Чаоян посмотрел на девочку.
– Тебе было страшно?
Они ожидали, что она ответит «нет», – Пупу единственная из них смотрела Чжан Дуншэну в глаза, когда они сидели напротив. Однако она удивила друзей, молча кивнув. Получалось, что и у нее бывают моменты слабости…
– Да.
– Но ты этого не показала, – заметил Дин Хао.
В следующий миг лицо Пупу опять стало непроницаемым.
– Если показать, что боишься, тебя растопчут. Поэтому я притворялась.
– Вау! – не удержавшись, воскликнул Чаоян.
– Когда моего отца расстреляли, все дразнили меня. Некоторые дети даже били. Я никогда не давала сдачи, пока однажды не вышла из себя. После этого со мной никто не связывался.
– А ты боялся, Чаоян? – спросил Дин Хао.
– Да, но надо было покончить с этим делом, так ведь?
– Спасибо, что поддерживаешь нас, братец Чаоян, – сказала Пупу.
– Для этого и нужны друзья, – ответил тот, покраснев.
– Так что насчет плана действий? – поинтересовался Дин Хао.
– Давайте сначала вернемся домой, – предложил Чжу. – У нас есть два дня, чтобы все продумать. Только будьте внимательны – я не хочу, чтобы он узнал, где я живу.
Они пошли к автобусной остановке. Им надо было доехать на автобусе до центра и сделать пересадку, чтобы добраться до дома Чаояна. Он заставил друзей сойти на одну остановку раньше, дабы убедиться, что за ними не следят.
По местной традиции для людей, умерших вне дома, прощальную церемонию устраивали тоже не в доме их семьи. Родные Сюй не захотели ждать и решили провести службу через несколько дней после смерти ее родителей, чтобы пожилые супруги упокоились с миром.
Они сняли зал в общественном центре для пенсионеров. Все готовились к службе и приему, когда Чжан Дуншэн вернулся с салфетками и бумажными стаканчиками. Оглядевшись, он с изумлением увидел Янь Ляна, сидевшего в одиночестве.
Янь кивнул Чжану и подозвал его к себе. Чжан почувствовал, как его сердце заколотилось при воспоминании о том, что тот когда-то служил в криминальной полиции Чжэцзяна. Наверняка у него остались там контакты. Сюй Цзин всегда говорила, что ее дядя был блестящим детективом и раскрывал все дела, которые к нему попадали. Чжан также знал по своей учебе у него, что Янь из тех профессоров, кто не довольствуется теорией и всегда обращается к практике. Он обожал прикладную математику, и все студенты, изучавшие компьютерные технологии, с удовольствием посещали его занятия по математической логике. Вне всякого сомнения, свои навыки дедукции он использовал в расследованиях, пока служил. Но в следующий момент Чжан напомнил себе, что Янь здесь как член семьи, а не детектив. К тому же Дуншэн был уверен, что отлично все провернул – его никто не заподозрит. Если, конечно, камера не попадет от этих сорванцов в чужие руки…
– Сколько лет, сколько зим, профессор Янь! Мы с вами не виделись, кажется, четыре года? Сюй Цзин сказала, что пригласила вас, но я и не надеялся, что вы выберетесь, – сказал Чжан, пожимая Яню руку и присаживаясь рядом с ним.
– У преподавателей длинные летние каникулы, да мне и хотелось приехать. Мне сказали, что ты отлучился: что-то понадобилось в супермаркете. Тебя долго не было.
Чжан с легкостью соврал:
– Забыл, что должен еще переговорить с водителем катафалка и заплатить флористу. Все это заняло больше времени, чем я рассчитывал.
Янь удовлетворенно кивнул:
– Ты и правда очень занят.
Чжан вздохнул и понизил голос:
– Цзин до сих пор горюет. Стоит ей остаться одной, как она начинает плакать. Вся организация легла на меня.
Яню стало его жаль, и он почти передумал спрашивать, но все-таки не удержался:
– У вас сейчас сложный период?
Чжан опустил голову, потом поднял и посмотрел на Яня.
– Она вам рассказала?
Янь кивнул.
– Мы… – Чжан запнулся, как будто ему сложно было произнести это вслух, – мы, возможно, разведемся.
– Мне казалось, вы были прекрасной парой.
– Были… – Он снова вздохнул и вытащил из пачки сигарету. Яню не предложил, поскольку знал, что тот не курит.
– Ты снова начал курить? – спросил Янь озабоченно.
– Это из-за стресса. – Чжан жалобно улыбнулся.
– Не хочешь об этом поговорить? – мягко поинтересовался Янь.
– Наверное, вы единственный человек, с которым я могу это обсуждать. Я никем не восхищаюсь так, как вами, – ответил Чжан, выпустив облачко дыма. – Думаю, все дело в том, что я из деревни. Деревенские жители и городские – совсем разные люди.
